Тайная одержимость

Умные, выразительные глаза блеснули пониманием.

– Оо, не расстраивай меня, дружище, – протянул Океан. – Я знаю, что застрял в этом мраке надолго, но не обязательно мне об этом напоминать.

Его болтовня не произвел на Александра ровным счетом никакого впечатления. Океан был неглуп и все отлично понимал.

– Ты хотя бы представляешь, Сани, как долго я сюда добирался? – Александр стиснул челюсти. Он ненавидел, когда его называли Сани, и Океан был прекрасно об этом осведомлен. Конечно, ведь раньше он называл так Александра с завидным постоянством.

– Учитывая, когда я с тобой связался, – процедил Александр, – порядка двух недель назад, то добирался ты очень долго.

Видимо, о былых его комплексах и страданиях вспомнили все, так как на лицах присутствующих появились улыбки.

– Так, на чем мы остановились, – сказал Александр, желая прекратить веселье.

– На том, что вам следовало оплатить мой перелет.

– Двух недель тебе, по-видимому, недостаточно, чтобы решить свои финансовые проблемы? Несуществующие финансовые проблемы? – Во взгляде Дея читался скептицизм. – Ты где находился? В Зимбабве?

– Я же сказал: на Майорке. Это один из Балеарских островов, расположенных в Средиземном море. Короче, для тебя Испания.

– Я знаю, где находится Майорка, – ответил Дей не столь дружелюбно, как мог бы.

– Европа.

– Прекратили. Географией займетесь позже. – Александр посмотрел на каждого. – Или лучше изучите географию Радлеса и подыщите себе пристанища, если до сих пор этого не сделали. – Совет адресовался в первую очередь Океану, поскольку остальные, как полагал Александр, этим вопросом уже озаботились. – И не стоит лишний раз светиться перед догмарами, за нами могут присматривать.

– Что?! – воскликнул Океан и вскочил с насиженного места. – Я что еще должен искать ночлежку? Я покидаю свою солнечную постель и меняю ее… на что?

– На наше общество, – улыбнулся Кас.

– Кто хочет приютить давнего друга? – Проблемы нужно решать незамедлительно.

Повисла тишина.

– Прости, Океан, – сказал Александр. – Придется поднапрячься тебе самому, если не хочешь остаться на ночь на улице.

А ему следовало уходить. Настало время заняться делами.