По ту сторону

Он достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе самому.

– Это не обсуждается, – сказал отец, поворачиваясь к рабочему столу и перебирая на нем свои изделия. – У меня совершенно нет времени выслушивать твои капризы, а также разыскивать тебя по ночам. Мейв присмотрит за тобой, а я буду избавлен от необходимости волноваться за тебя.

– Так не волнуйся. Я достаточно самостоятельный, – вспыхнул Финн и тут же пожалел, когда наткнулся на гневный взгляд отца.

В сердцах бросив кусок ткани, который он до этого рассматривал, Гутор Форк обернулся к сыну и вскричал:

– Не достаточно! И пока ты живешь в моем доме, будешь подчиняться моим правилам.

– Ты любишь только свою работу! – закричал Финн и, слезы предательски выступили на глазах. – А меня ты совсем не любишь.

Хлопнув дверью, он выскочил из мастерской. Но прежде чем дверь закрылась, он сумел расслышать последнюю фразу отца.

– Но при чем здесь любовь? – растерянно спросил он.

Зарывшись головой в подушку, Финн кричал в нее и бил кулаками по кровати. Отец ничего не понимает, он совсем далек от того, чем живет Финн. Он башмачник, и кроме башмаков и его больше ничего не интересует в жизни. Даже собственный сын. Ах, если бы мама была рядом!

Обиженный на весь мир, Финн еще долго всхлипывал и колотил кровать, пока не затих, снова провалившись в сон. А к вечеру у него поднялась температура.

Глава третья

Владеющий сном

Проснулся от того, что мамины руки заботливо гладили его по волосам. Он потянулся на встречу к нежным рукам, стараясь разлепить тяжелые веки.

– Мама, – простонал он.

Ответом ему был радостный смех:

– Ах, я хотела бы стать матерью такого чудесного мальчика как ты.

На его кровати сидела тетя Мейв. В огромном цветастом платье она была похожа пестрого жизнерадостного попугайчика.

– Я не чудесный, – буркнул Финн, освобождаясь из ее рук.

– Еще какой чудесный! – пропела тетя, чем напомнила ему маму. Точнее тот ее образ, что он видел во сне.

– Что ты здесь делаешь, тетушка Мейв?

– Забочусь о тебе. Что же еще, глупый цыпленок?

– Ну, хватит, – движением руки он отодвинул от себя уже готовые обнять его тетушкины руки и, приподнявшись на одном локте, постарался говорить как взрослый: – Во-первых, я не чудесный, а взрослый и совсем не нуждаюсь в вашей заботе.