Леви Лин. И красное яблоко в стенах разрушенного королевства

А затем, кажется, и вовсе потеряла рассудок, когда он убрал прядь волос ей за ухо, и губы его оказались в миллиметре от поцелуя.

– Вы можете отдавать приказ, – выдыхая, вымолвила Эйлиз. – Я выполню всё то, что вы скажете.

Принц тихо и коротко усмехнулся, даже не отодвинувшись.

– Мой самый верный и храбрый воин, – он коснулся губами кончика носа Эйлиз. – И если бы у меня было своё собственное королевство, ты бы непременно стала его королевой.

Эйлиз дернула бровью.

– А как же… Мёрфи?

«Кого ты любишь: её или меня?» – пронесся в воспоминаниях вопрос, некогда ранее заданный Эйлиз.

Он отвил, что любит её.

– Мёрфи… – повторил Принц. – О, Мёрфи – королева моего сердца.

Эйлиз слегка кивнула.

– Нам пора.

– Да, пора, – Принц взглянул на замок. – Эйлиза Чендлер, непоколебимо исполняйте мой приказ, – он вновь посмотрел на неё и не сдержал легкой улыбки: – просто будь со мной рядом.

– Не смею ослушаться, – твердо отозвалась Эйлиз и двинулась следом за Принцем.

Лукавая улыбка скользнула по губам парня.

– И сейчас, и всю мою жизнь.

– Буду всю свою жизнь, – поправила Эйлиз. – На вашу, боюсь, меня не хватит.

– Ты будешь жить столько, сколько я захочу, – заявил Принц, проходя в массивные ворота на ближнюю территорию замка.

– Ваше слово – для меня закон.

Принц усмехнулся, не сводя взгляда с замка.

– Даже если я захочу, чтобы этот день стал для тебя последним?

– Даже если, – кивнула Эйлиз.

Главные двери отворились, когда Принц с Эйлиз только приближались к ним, поднимаясь по каменным ступеням. Принц крепко сжал руку девушки и только потом шагнул в просторный холл.

– Добрый день, ваше Высочество, – поклонились стражники.

– Не то слово, что добрый, – с несколько секунд Принц помолчал. – Я буду в тронном зале, пригласите туда его Величество. Пригласите незамедлительно.

Поклонившись, один из стражников поспешил в сторону лестницы на второй этаж.

И в тишине, наполненной тревогой, раздались отчетливые стуки каблуков на высоких сапогах принца. Они точно два кинжала разбивали тишину на крупные осколки.

Тронный зал встретил рядом полузеркальных колонн по обе стороны. Всё то золото, использованное в интерьере, что так восхищало детский взгляд, сейчас казалось Принцу чужим, тяжелым и неприятным.