Геункаон: Качаясь над цепями

Сделав небольшое усилие, Акош стал вникать в разговор, с каждым услышанным словом приходя в бешенство.

Со всех сторон на него посыпались обвинения и упрёки. Обида то и дело хватала за горло. Кровь бешено стучала в висках, требуя ломать, крушить, рвать и метать. Стиснув зубы, Акош решил не рассказывать о том, что Мальтис сам снял ошейник, ограничился описанием «человека-сюрприза». А дальше сделал упор на то, что девушке оказали обычную медицинскую помощь. И главное – ничего похожего на кровь ей не давали. Затем увёл разговор в сторону нападения дракулита на комплекс, старательно преувеличивая опасность.

Немного успокоившись, Акош активировал старенький мультелит, чтобы выудить хоть немного полезной информации из сети и отвлечься. За последние сутки наверняка что-то интересное стряслось.

Где-то через полчаса, в зал стали сбегаться аналитики и прочие не боевого звена охотники. Акош откинулся на спинку кресла и, прикрыв глаза, решил осмыслить произошедшее. Он сам не заметил, как задремал, но поспать-таки не удалось. Открыв глаза, он увидел на центральной панели моложавое лицо монаха. Тот сбивчиво объяснял, что руны на печатях и информация о саркофагах очень старые, почти утраченные, особенно часть, которая связана с именем «Мальтис». Потом попросил подождать некоего Касе?я.

– Мейнхарды – семья набожных коллекционеров-исследователей. Они часто оказывают консультационные услуги братству относительно рунописей, а также всякого рода аномальных случаев, не имеющих аналогов в современной истории. Сам же брат Касе?й служит в архивах Энфильского братства, – слова монаха прозвучали для Акоша, как какая-то тарабарщина.

А через минуту появилось лицо тощего старика с выцветшими глазами. На вид ему лет сто, не меньше.

– Здравствуйте! – сказал Касе?й Мейнхард, усаживаясь в кресло, услужливо предложенное монахом.

Моложавый монах показал ему через мультелит образ саркофага и одну из печатей. Старик неожиданно расплакался, чем поверг всех в состояние замешательства.

– Простите старому человеку минутную слабость. Я так долго искал нечто подобное, что утратил веру когда-нибудь снова увидеть, – извинился брат Касе?й.

– Кровь ангела превратила воровку в чудовище.