Ликвидатор. Тяжелый пепел

Изнутри крышку и дно кейса выстилал похожий на губчатую резину амортизирующий материал бежевого цвета. В фигурном углублении на дне коробки лежал шприц-пистолет. Отблески стреляющего искрами костра отражались на его сверкающей хромом гладкой поверхности, равно как и в стеклах медицинских ампул-головок. Те ждали своего часа в заботливо предусмотренных на уплотнителе крышки узких и длинных ячейках. Пять штук с синей жидкостью слева (судя по пустому гнезду, одну единицу уже использовали) и шесть с раствором красного цвета справа.

Чувствуя, что задыхается, Иван вставил кончики пальцев в специальные углубления по бокам от ампулы с красным веществом. Тело по-прежнему плохо слушалось его, и ему пришлось немало постараться, чтобы извлечь прозрачную оболочку с дозой «нейтрализатора» из прорези. Кое-как освободив плоский наконечник от защитной оболочки, он вставил ампулу трясущимися руками в приемное гнездо устройства и толкнул ее вперед до характерного щелчка. После чего постарался как можно плотнее прижать головку инъектора к бедру и прямо через ткань штанов сделал себе укол.

Прошло секунд пятнадцать, прежде чем он почувствовал, как костлявая рука удушья ослабила хватку. Жжение в легких заметно ослабло. Мышцы снова стали наливаться силой.

Иван сделал глубокий вдох, радуясь ощущению свободы в груди. Ему ничего не мешало дышать, а значит, и другие негативные последствия от применения «искателя» скоро исчезнут.

Несмотря на недавно пережитые неприятности, Гусев мысленно похвалил себя за проницательность.

Он оказался прав, предполагая, что в Зоне отрицательные свойства его препарата проявят себя раньше, чем на Большой земле. Единственное, с чем он не угадал, так это с периодом сокращения временного лага. Он думал, смещение хроношкалы влево на воображаемом графике произойдет максимум на полторы единицы. На деле же интервал безопасного применения препарата сократился более чем на четыре часа.

– Зато теперь знаю, над чем работать, – пробормотал Гусев, приподнимаясь на локте.

Вскоре он уже по-турецки сидел на спальнике и прятал коробку с инъектором и ампулами обратно в рюкзак.

Неверный свет костра отбрасывал изломанную тень от худого нескладного тела Гусева на покрытые волдырями, с желтыми разводами потеков и черными кружевами плесени обои. Узкие полосы разрисованной в мелкий цветочек бумаги за долгие годы забвения чудом уцелели на оштукатуренных стенах давно покинутого людьми жилища.