Послушник дьявола

– Кажется, вопросы излишни, – сказал Хью с улыбкой, глядя, как взметнулась белолобая голова и раздулись широкие ноздри коня, завидевшего приближающегося Мэриета, хотя на юноше было непривычное облачение. – Он, без сомнения, узнал тебя, да и ты, наверное, узнал его. – И поскольку Мэриет продолжал молчать, ожидая расспросов, продолжал: – Это лошадь, на которой Питер Клеменс уехал из вашего дома?

– Да, милорд, та самая. – Юноша бросил лишь один быстрый взгляд на коня, облизал губы и стоял, по-прежнему опустив глаза и ни о чем не спрашивая.

– Ты возился с ним всего один раз? Он охотно идет к тебе. Погладь его, если хочешь, смотри, он ждет твоей ласки.

– В тот вечер я отвел его в конюшню, вычистил, накормил, – проговорил Мэриет тихо и нерешительно. – А утром оседлал. До этого он никогда не показывал, что ему нравится, когда я за ним ухаживаю. Я… я люблю лошадей.

– Понимаю. Значит, ты возился и с его сбруей.

Это была богатая, красивая сбруя: седло отделано цветной кожей, а уздечка украшена серебряными бляшками, которые теперь были помяты и заляпаны грязью.

– Узнаешь?

– Да. Это все его, – ответил Мэриет, а потом спросил, почти испуганно: – Где вы нашли Барбари?

– Так его зовут? Это сказал тебе его хозяин? Милях в двадцати или чуть больше к северу отсюда, в торфяниках возле Витчерча. Очень хорошо, молодой господин, вот и все, что мне было нужно от тебя. Теперь возвращайся к своим обязанностям.

Товарищи Мэриета, собравшиеся вокруг лоханок с водой для утреннего умывания, поспешили воспользоваться его отсутствием.

И те, кто боялся его, считая одержимым, и те, кому не нравилась его необщительность, и те, кто считал, что его молчаливость вызвана его презрением к ним, – все кричали во весь голос, выражая свое недовольство. Приора Роберта не было поблизости, но его помощник, его тень, брат Жером, был здесь и вертел головой, стараясь ничего не упустить.

– Брат, ты сам слышал! Он опять кричал ночью, он разбудил нас всех…

– Он выл и звал кого-то знакомого. Я расслышал имя демона, он назвал его «Барбари»! И дьявол ответил ему свистом… мы же знаем, что это дьявол шипит и свистит!

– Он привел к нам злого духа, наши жизни в опасности.

У нас нет покоя по ночам… Брат, правда, мы боимся!

Кадфаэль, с трудом расчесывая густую копну своих седых волос, обрамлявших загорелую макушку, размышлял, не стоит ли вмешаться, но счел за лучшее промолчать. Пусть выложат все, что у них накопилось против парня, и тогда сами увидят, какая это ерунда.