По следам смерти

– Придёт день, и возможно ты обо всём узнаешь.

Пришёл день, и теперь он больше ничего не расскажет. От той истории остался лишь кот, который и так меня недолюбливал. Теперь мне придётся сообщить ему о смерти любимого хозяина. Хорошо хоть у Дилана нет родных, кому бы мне пришлось также поведать печальное известие.

Насколько помнится, у напарника была кузина, уже лет двадцать как перебравшаяся куда-то в Канаду. Связь они не поддерживали, но кто-нибудь из участка обязательно свяжется с ней по поводу двоюродного брата.

Если она откажется забирать тело, полицейское управление Макферсона возьмётся за организацию. В любом случае, Дилан один не останется. У него была семья, и сейчас она собралась в коридоре Макферсон Мемориал в ожидании чуда.

– Тебе бы умыться, парень, – мягко сказал Хобсон, трогая меня за плечо. Смерть Дилана сильнее всего отразилась на мне – я до сих пор не мог выйти из лабиринтов оцепенения и плутал по его загзагам. – Тебя осматривал врач?

– Со мной всё в порядке, шеф. – Отмахнулся я, глядя на окровавленные костяшки пальцев.

– Я не сомневаюсь, Рой. А теперь ступай и приведи себя в порядок. Когда Хэл придёт в себя, ему нужно, чтобы все были в форме. Он достаточно навидался крови, сынок.

Испещрённое морщинами лицо Хобсона по-отечески светилось заботой. Непоколебимый, несгибаемый, словно гризли, он умел быть чутким по отношению к тем, к кому был привязан. Я кивнул и без лишних слов отправился в уборную, смыть последние частички, связывающие меня с напарником.

Где-то за спиной голос Хобсона спросил:

– Его жене уже сообщили?

– Карен с детьми гостили у бабушки.

 – Горько отозвался Клиффорд. – Я рассказал ей по телефону. Она оставила детей матери и уже мчится сюда.

Подставив руки под холодную струю, я наблюдал, как кровь окрашивает воду и стекает по ледяным стенкам умывальника в слив. Ладони уже были чистыми, но я упорно держал их под краном, не в силах сдвинуться с места. Не знаю, сколько я простоял вот так, минут десять или больше. Но когда вернулся, ребята уже разговаривали с врачом.

До меня донеслись обрывки разговора.

– … прооперировали, сейчас он под наблюдением врачей. – Врач, чьи виски уже нагло тронула седина, говорил с искренним сочувствием, оглядывая моих сослуживцев. – Состояние мистера Босворта стабильное, но придётся подержать его здесь неделю, а то и дольше.

– А как его рука, доктор? – Озабоченно спросила Джина. – Он сможет ей двигать, как раньше?

Глубокий вздох не предвещал ничего хорошего.