Слабость Шамана

 Когда Эйлин опять переступила порог моей темницы, я узнал, что это она играет: она уже более года учится с репетитором. От неё я узнал, что там, наверху, она живет с мамой. Со слов девочки, мама очень добрая, но папа все равно всегда чем-то недоволен.

Однажды я заметил на внутренней стороне ее руки тонкие белые шрамы.

– Что это, Эйлин? – спросил я, разглядывая тонкие насечки на белой полупрозрачной коже, сквозь которую было видно голубые венки.

– Папа наказывал, – отдёрнув руку, девочка, обижено надула губу, наверняка вспомнив боль от воспитательных мер отца.

– Эйлин! Когда достанешь ключ, уходи со мной?

Она испуганно прижала ладонь к моим губам, завертев головой, отчего ее упругие локоны начали подпрыгивать как пружинки вокруг неё:

– Тс-с-с!

– Обещай подумать? – я сжал ее хрупкую ладошку в своей руке. – Там никто не будет тебя обижать!

Кивнув, девочка ушла так же бесшумно, как и приходила.

Каждый раз я пытался узнать у девочки как можно больше информации о доме, о планировке, о всех жильцах на этой территории.

 Я как губка впитывал в себя все подряд: и что казалось важным, и не особо требующим внимания, понимая, что в будущем, когда я убегу отсюда, мне пригодится любая информация. А также моему отцу и его людям. Если убегу…

Благодаря Эйлин я не сошёл с ума в своей каменной клетке. Она буквально была лучиком света, ей не нужно было что-то мне рассказывать, она могла просто сидеть рядом, и я чувствовал, что я не один, ее энергетика поддерживала во мне искру жизни. Как позже я узнал, имя Эйлин означает «свет».

 Как же точно ей подходит имя, для меня она свет, надежда на будущее…

Девочка рассказала мне, что дом надо мной большой: два этажа, около восьми комнат, не считая подсобных помещений.

Дом охраняло много людей, Эйлин затруднялась сказать, сколько, но примерно около шести–семи наёмников.

Иногда она мне рассказывала про своего дядю, она звала его просто Ким. Когда она говорила о нем, ее глаза начинали гореть восторгом. Все ее рассказы сводились к тому, что он добрый и очень справедливый, хотя многие думают, что он жесткий, но девочка уверяла, что это не так -просто ему надо соответствовать.

Чему соответствовать, она не объясняла, хотя и так все было понятно… Иногда мне казалось, что я ее понимаю без слов.

Она поведала мне о том, что ее отец и Ким часто ссорятся, поэтому дядя редко навещает ее.

Так, незаметно для меня, пролетела ещё одна неделя. За это время Ноллан не появлялся, заходили лишь его подчиненные.