Восхождение к жизни

– Твои руки по-настоящему волшебные, Вивьен, – с придыханием проговорил мужчина, посмотрев на меня так, будто видел перед собой человека с другой планеты.

Я залилась краской и нервно потеребила цепочку на шее.

– Как давно в тебе проснулся этот дар? – полюбопытствовал отец пациента, постукивая пальцем по подбородку.

Прикусила нижнюю губу, переводя задумчивый взгляд в окно, за которым открывался вид на соседнее кирпичное здание.

– Ровно в десять лет, – ответила, вспоминая тот самый день. – На календаре было первое марта.

– Невероятно! – обескураженный мистер Гудман качал головой, забывая моргать.

Мы продолжили лечение Томаса. За полчаса удалось устранить все видимые увечья, кроме открытых ран. Их мы отложили на другой день.

– Синяки и ссадины исчезли, – сообщила я. – Думаю, на сегодня достаточно.

– Обычно такие синяки проходят за несколько недель.

– Мой отец удивлялся так же, как и вы сейчас, – улыбнувшись, проронила я.

– Я не видел подобного за все семнадцать лет работы хирургом, – изрек Тайлер Гудман, потирая ладонью потный лоб.

Он поправил медицинскую рубашку, укрыл сына одеялом и погладил его по голове. Я почувствовала себя здесь лишней. Семейные отношения – это глубоко личное дело. Потеребив пуговицу на рукаве халата, отвела взгляд к плазменному телевизору, а затем аккуратно последовала к двери.

Тихо потянув на себя ручку, я вышла из палаты, оставляя Тайлера с сыном. Ждать мистера Гудмана долго не пришлось. Он вышел в коридор через две минуты.

– Не хочешь поужинать, Вивьен? – предложил хирург, натянув вымученную улыбку.

Я согласно кивнула и последовала за мужчиной на первый этаж, в кафетерий.

– Что будешь есть? – спросил мужчина.

– Шоколадный кекс, фрикадельки, овощной салат и кофе, – облизываясь, перечисляла я.

– А я возьму бутылку воды и омлет со шпинатом.

– Вы на диете?

– Поздним вечером есть не особо хочется.

Мистер Гудман медленно поедал свой омлет, изредка бросая на меня недоуменные взгляды.

Достаточно быстро расправилась с шоколадным кексом и перешла к фрикаделькам.

– Я забыла пообедать, – объяснилась я, смущенно понурив голову.

– Обычно все, кого я знаю, сначала едят основное блюдо, а потом только десерт.

– В первую очередь всегда ем самое вкусное.