25 трупов Страшной общаги

Авария, подстроенные тенями несчастные случаи – все это было из-за колдуна.

Саша не стал запечатывать портал в теткиной квартире – так бы он себя выдал. Конечно, это было опасно, ведь Сумеречьев мог воспользоваться им в любой момент, но пришлось рискнуть. Кроме того, Саша продолжил ходить в Общагу. Несмотря на то что внутри все кипело, он старательно играл роль наивного ученика-помощника, поглощая полезные знания, открывая в себе новые силы и прокручивая в голове тот день, когда сможет отомстить.

* * *

Смятый в гармошку капот, погнутая крыша, выбитые стекла и следы пожара в салоне – даже модель автомобиля можно было распознать с большим трудом.

Эта рухлядь ржавела на пустыре много лет, врастала в землю недалеко от тропинки и служила домом бродячим котам.

Саша закончил ее красить и стянул респиратор. Посмотрел на часы: Сумеречьев вот-вот должен был появиться. За спиной семиэтажной свечкой разгоняла ночной мрак Общага.

Ледяной ветер куснул лицо, Саша поднял воротник и натянул шапку пониже.

Он все продумал, подготовил, но в успехе уверен не был. Да, Саша многому научился за последнее время, но против него был колдун, который умел куда больше. В голове возник образ твари с волчьей головой, и Саша поежился.

Сумеречьев не ожидает нападения – это главное Сашино преимущество. И если в Общаге тягаться с колдуном не имело смысла, то снаружи шанс был.

Вдалеке слышались автомобильные гудки, небо шумно рассекал самолет. По тропинке в сторону Общаги кто-то медленно шагал. Саша спрятался за машиной и подтянул к себе бейсбольную биту.

Пальцы едва шевелились, бешено колотилось сердце, пар изо рта растворялся в темноте.

На тропинке возникла фигура в куртке с капюшоном. В звездном свете блеснули очки. Послышался кашель.

Саша вынырнул из укрытия, когда Сумеречьев прошел мимо машины.

– Эй!

Колдун обернулся, и Саша врезал битой ему по лицу. Взорвались стекла очков, Сумеречьев рухнул на землю, застонал. Саша достал из кармана баллончик с краской и провел черную линию по граффити на крыше автомобиля.

Распечатал проход.

– Это за родителей, – сказал он, положив на крышу два больших фонаря.

Рядом с перекрещенными лучами мелькнули тени, но тут же исчезли. Потому что из портала полезли тонкие суставчатые конечности. Голодное шипение наполнило воздух.

Сумеречьев с трудом встал на колени, кровь хлестала из сломанного носа. Поднял голову к Саше. Подбородок был перемазан красным, из левого глаза торчал осколок стекла.