Улыбка солнечной принцессы

– Ваше Высочество, – юноша замялся, – вы нечаянно воспроизвели формулу, с которой местный монарх начинает путешествие по стране…

Аделин с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза:

– Буду молчать, как рыба. Не хочу становиться объектом поклонения местных жителей, – вздохнула она и сдержала слово.

Столица открылась перед путешественниками не сразу. Сначала они преодолели невероятное количество садов и маленьких полей. Затем пошли навесы для сушки и обработки урожая, ниже стояли плетеные, обмазанные глиной хранилища припасов и большая их часть несла на дверях королевский герб этой страны: поющую алую птицу.

– Что означат этот знак на воротах складов? – поинтересовалась принцесса у монаха.

– Здесь хранится королевская часть урожая, – объяснил тот, – проще говоря налоги.

– Очень удобно, – оценила принцесса, – полагаю в трудные годы с этих складов раздают припасы населению?

– Совершенно верно! – поклонился другой уртанец. – Поэтому иметь поблизости королевский склад считается большой удачей.

Аделин вежливо кивнула, но взяла себе на заметку – у горцев очень хороший слух и за ней постоянно следят.

Столица была обнесена высокой оградой густо увитой зеленью. Кое-где с каменной кладки свисали плоды и семена.

– Эти камни селяне собрали со своих полей, – вновь вклинился в ее размышления сопровождающий, – считается, что они лежат на земле короля и потому Его Величество позволяет вдовам и сиротам выращивать на стене овощи для своих нужд бесплатно.

– Но как растения могут жить на камне? – удивилась принцесса.

– Камни стены скрепляет не раствор, а речной ил, – придворный Уртана был удивительно словоохотлив, хотя за предыдущие дни не сказал Аделин ни слова. – Его поновляют каждый год, и это позволяет растить почти любую зелень и овощи.

Девушка сразу велела своему сопровождающему записать необычное использование каменной стены и снова с любопытством оглядела столицу.

На порогах некоторых домов сидели старики с ритуальными бубенцами в руках и творили молитвы. Нарядные женщины в однотонных платьях с пестрыми расшитыми шарфами несли на спинах чумазых улыбчивых детей.