Шляпа для ведьмы

Сандер и Делла сначала поддерживали, потом начали скучать и стучать по кухонному столу пустыми мисками. Я обижалась, плакала, давала себе клятву, что утром отправлюсь на кухню и наконец испеку пирог или сварю суп, но утром шла в мастерскую, и пропадала в ней целый день.

Спасла нас та же тетушка Штрубе – повитуха. Заглянула однажды, оценила паутину на кастрюлях и к вечеру привела в дом крепкую немолодую троллину с угрюмым лицом.

– Вот, это вам Сиэлла. Ей нужна работа и жилье, а вам пироги и чистое белье.

Мы с зеленокожей дамой смерили друг друга взглядами, и решили попробовать жить вместе.

Троллина отлично готовила, не тратила понапрасну хозяйские деньги и при своем немалом росте двигалась почти бесшумно. В результате я вообще забыла, что в доме есть кухня. Утром поднос с завтраком, словно сам собой появлялся у кровати, в обед муж приносил перекус в мастерскую, а вечером мы собирались за круглым столом в гостиной и делились итогами дня, отдавая должное жаркому и пирогу.

Делла нашу кухарку обожала еще и потому, что Сиэлла без вопросов выдавала нашей зеленоглазке котелки, веселки и разделочные доски для игры «в самую умелую ведьму». Несмотря на юный возраст, дочурка охотно листала мои учебники по зельеварению, с первого взгляда отличала шалфей от наперстянки, и виртуозно крошила в суп петрушку. Мы умилялись и радовались – династия ведьм это важно. Далеко не каждая ведьма может родить способную дочь.

А уж когда по улице ведьм пошли слухи, что я ношу мага, многие любопытные начали заглядывать в лавку и делать заказы только для того, чтобы увидеть меня и лично убедиться в этом. Дела шли в гору, и я не возражала – выплывала уточкой из мастерской, улыбалась ведьмам, брала заказы на новые шляпы и эксклюзивные метлы. Сандер тоже не терял времени – слухи среди молодых магов разносятся быстро, так что палочки я точила даже в день родов, рыдая, потому, что не успевала закрепить особенно удачный наконечник.

Глава 3

Дориан родился в грозовую ночь. Наш дом прижимал к земле ливень, грохотал гром, сверкали молнии, тряслись склянки в шкафах, а тетушка Штрубе покрикивала на меня, заставляя правильно согнуться, чтобы помочь малышу появиться на свет.

Магия наполняла воздух, искрила, переливалась, текла по стенам, поднималась от земли, рвалась в небо вместе с первой весенней грозой.