Рыжее счастье

Не бросаться на помощь маме – сначала выяснить, нужна ли ей помощь и в каком объеме. А может, хватит разговора и телефона исполнителя?

Наверное, это было правильно, но Милене всегда легче было отдавать, чем брать. Наверное, поэтому ее занятия с Ириной были для нее весьма горьким лекарством.

Она вздохнула, еще раз проговорила вместе с доктором “уровни допуска в личное пространство”, а потом все – связь пришлось прервать. Савелий закапризничал, начал дергать бусы и тереть глазки. Настало время сделать массажик, спеть песенку или просто побродить по квартире с ребенком на руках, чтобы он устал от впечатлений перед сном.

И в это самое время в дверь постучали. Мила вздохнула, осторожно глянула в глазок и открыла. На пороге ожидаемо стоял сосед:

– Простите, – вздохнул он, – Лине снова что-то не нравится!

– Поносите ее на руках, покачайте, и минут через пятнадцать дайте бутылочку с новой смесью, – ровно ответила девушка, держа в голове беседу с психотерапевтом.

– А…

– Роман, – строго покачала головой девушка, – вашу дочь нужно приучать к смеси.

Я не кормилица и не могу быть рядом двадцать четыре часа в сутки. Мне хватает забот с собственным ребенком. Разведите смесь по инструкции, дайте девочке попробовать и наблюдайте.

Мужчина смотрел недовольно, однако Милена не зря прошла курс восстановления уверенности у психотерапевта. Нельзя. Просто нельзя допускать использования ее ресурсов без предварительной договоренности и оплаты. Она и с Савелием устает, с трудом успевая выполнять свою работу, а с двумя детьми ей придется просить деньги у мамы.

Нет уж!

Роман ушел, и вскоре из-за стены раздался плач. Мила вздохнула, уложила сына на диван и обнажила грудь:

– Сейчас покушаем, мой маленький, и мама поработает!

Увы, плач из-за стены не позволил Саввушке уснуть. Малыш капризничал, у Милы болела голова, и работа отодвигалась в лучшем случае на ночное время. А еще ведь нужно было помыть пол, собрать с сушилки бодики и чепчики, закинуть в стиралку пару домашних футболок, покрывало и три пеленки, пахнущие отрыжкой.

В общем, тяжело вздохнув, Милена примотала сына к себе шарфом-слингом и занялась домашними делами. Это лучше, чем сидеть или лежать рядом с малышом. Двигаясь с нагрузкой в пять килограмм, Мила и сама похудеет, и сына постепенно укачает.

Минут сорок она занималась уборкой. Помыла посуду, смахнула пыль и, глядя на задремавшего Савелия, уже надеялась, что сумеет сесть за ноутбук, но… В дверь опять постучали.