Оторва для Ангела

 – Сейчас сделаю темный полог и принесу одеяла!

В итоге Темному пришлось сначала ухнуть на мокрую землю кровать из собственной спальни, наплевав на расход магической энергии и последствия для антикварной мебели. Потом маг спешно накрыл постель темным пологом от дождя и ветра – и все это одной рукой! Потому что второй он держал испуганную жену, всем телом ощущая, как она дрожит. Остаток моральных сил Темного ушел на то, чтобы уложить Эвелин на подушки, ничем не выдавая своей паники.

– Светлые потоки видишь? – ласково спросил он, держа Эвелин за руку.

– Да, – дрожащим голосом ответила она, а через секунду ее голос окреп: – Башня! Она…

Теперь Алистер и сам видел. Над постелью без балдахина вдруг протянулся светлый полог, укрывающий роженицу, как палатка. С другой стороны ревниво протянулся темный полог. Он слился с его собственным защитным куполом, и в кровати вдруг стало тихо, тепло и уютно.

Эвелин выдохнула, расслабилась и погладила живот:

– Ну и пусть здесь нет круга, – с легким сожалением сказала она, – зато есть родовая сила! Она поможет малышам!

– Ты уверена, что круга нет? – как-то очень задумчиво спросил Алистер, разглядывая золотые и черные искры, слетающиеся к постели.

Светлая вдруг сдавленно охнула, схватилась за живот и отвлекла супруга от размышлений, а когда схватка кончилась, прошипела:

– Родовой плющ!

– Что? – не понял ее муж.

– На стене старейшей родовой башни вьется плющ! Внутри! Когда на свет появляется наследник, на плюще распускается цветок!

Алистер негромко выругался.

– Именно, – утерла пот со лба Эвелин, – ты думаешь, три десятка фей не заметили новый бутон?

– А ты знаешь, что на стене Первой башни есть мозаика из костей, – выдохнул Темный, – и когда на свет должен появиться наследник, мозаика складывается в маленький череп?

– …!

– Угу. Уверен, будущие бабушки и дедушки появятся здесь с минуты на минуту.

– Порталы на родственную кровь! – выдохнула Эв, пережидая очередную схватку.

– Что ж, думаю, их будет ждать сюрприз! – выдохнул Темный, разминая помятую женой руку.

– Надеюсь, они не полезут в драку! – пробормотала Светлая, откидываясь на подушки.

Два семейства почти полным составом – без стариков и детей – материализовались у постели роженицы, когда Алистер уже склонился между ног жены, собираясь принять ребенка.