Огонь саламандры

– Не надо! – моментально отказался бронзовый дракон.

Алайн тотчас обиделся:

– Да не собираюсь я к ней приближаться! – мужчина поерзал в кресле, чувствуя себя неуютно под недоверчивым взглядом друга, – Я помочь хочу! Ты ж за юными леди никогда не ухаживал, не знаешь, где продают цветы, безделушки, всякие там сладости!

– А, да, – Тео взъерошил свои густые темные волосы, коротко постриженные на макушке, – так и есть, а что, всем девушкам надо это?

– Я еще не встречал ни одной, которая бы отказалась! – честно признался Алайн.

* * *

Амирана понемногу втягивалась в работу. К вечеру руки болели гораздо меньше, а расстояние до пансиона она преодолевала едва ли не бегом. Еда была, на оплату жилья хватало, но вот оплатить кредит она вряд ли сможет. Пока заработка едва хватало на покрытие процентов. И это при самой экономной жизни.

Сосед, мистер Боуи, продолжал сверлить ее подозрительным взглядом. Порой Амиране казалось, что любезный молодой человек за что-то ненавидит ее. Вот только за что? Получая на работе пакет с куриными крылышками или нагетсами, саламандра делила еду на три части: одну съедала на ужин.

Поступая таким образом, она покупала в лавке только чай и яблоки, изрядно экономя на питании. Поддерживая соседские отношения, девушка никогда не забывала предложить скромному клерку кусочек сыра или курицы, но мистер Боуи обычно отказывался, пил свой чай и расспрашивал девушку о работе.

Она охотно рассказывала разные забавные случаи, но все же кое-о чем умалчивала. Каждый вечер, как только в кафе начинали подавать пиво, за столиком возле стойки появлялся высокий черноволосый мужчина в дорогой одежде. Он заказывал сладкий пирог и кофе, а потом, неторопливо отламывая крошечные кусочки выпечки, сидел за столом до закрытия.

При нем самые бурные скандалисты унимали голос. Отъявленные драчуны вспоминали, что им не хочется есть, а перебравшие работяги неслышно убирались из-за столиков, не забыв выбросить в урну стаканы и пакеты.

Когда администратор выходил из своей каморки, чтобы закрыть решетки, мужчина вставал и выходил, чтобы подождать Амирану на крыльце. Потом так же безмолвно и неторопливо провожал ее до пансиона, убеждался, что девушка вошла в дом, и уходил.

Они практически не разговаривали. Саламандра слишком уставала от шума и криков на работе, а дракон боялся начать разговор сам. Но это молчание не мешало их взаимопониманию.