Нечаянная невеста

Ногу мне раздробило картечью, я уже плохо соображал, меня, по сути, несли на себе солдаты, но я запомнил место. Через несколько дней, когда получилось вернуться на то же самое место, мы нашли только выжженный круг, на месте той битвы.

Амелия судорожно вздохнула и задала глупый вопрос:

– Разве граф дю Боттэ не ценный заложник? Его не могли взять в плен?

– Обмен заложниками велся почти полгода, – печально хмыкнул виконт. – Я не сразу вернулся в столицу, едва поправился, объехал все полевые лазареты, несколько раз съездил на переговоры в составе делегации.

Девушка вспомнила свою попытку поставить поминальную свечу и промолчала. Ей очень хотелось все выложить виконту. Она так давно не имела возможности просто поговорить с кем-то обо всем случившимся, без уверток и тайн, но… Большой город быстро приучает к осторожности.

– Мы выжили благодаря вам, – сказала она, стараясь говорить мягко, – потом прислали нового священника, нам стало тесно в доме, а у брата проснулась магия, и я решила ехать в столицу.

– Неплохой выбор, – бледно улыбнулся виконт, открывая перед ней дверь в кондитерскую.

У Амелии даже голова закружилась от сладких запахов ванили, корицы, гвоздики и апельсинов, которые хлынули на нее, в уютном просторном помещении. Они выбрали столик у окна, чтобы видеть двери ателье.

– Графиня, – виконт не унимался и называл ее только так, – почему вы не явились в столицу сразу?

– Виконт, – приняла его правила игры Амелия, – после смерти родителей у нас не осталось источников дохода.

– Светлые боги! Вы добирались дилижансом? Восхищаюсь вашим мужеством!

Тут их разговор прервала уютная пышечка в коричневом платье с белым передником:

– Угодно ли вам сделать заказ? – обратилась она к виконту.

– Чайник чая с ромашкой, и пирожные, – чуть не отмахнулся от официантки Флайверстоун, – у вас есть «дамские крошки»?

– Да, милорд! – понимающе кивнула пышечка.

– Несите! И скоро к нам присоединяться юная мисс и молодой человек, для них пусть приготовят мороженое и воду с сиропом.

Девушка ушла, а виконт поспешил вернуться к беседе с Амелией:

– Я правильно понимаю, леди дю Боттэ, что вы не заявили о своих правах?

– Нет, милорд. Я планировала предъявить бумаги стряпчим, но у меня сейчас… недостаточно средств.