Иду за тобой 2

Потом начал подниматься намыленными ладонями выше и вскоре жадно ласкал все тело эгги, не упуская ни сантиметра ее кожи. Девушка цеплялась за мужчину, негромко постанывая от удовольствия, но Лирам не спешил переходить в наступление. Насладившись ласками, он бережно смыл пену с тела Лены и бальзам с ее волос, завернул девушку в простыню и вынес в комнату. Там усадил на постель, сам сел на пол и взял ее ногу в свои ладони:

– Бальзам быстро заживляет, цветок моего сердца, но будет немного щипать.

Лена закусила губу и кивнула, показывая, что готова.

Блондин быстро нанес на потертости бальзам и так же быстро забинтовал. Не успела девушка сказать «ой», как все было сделано, и она ощутила лишь легкий нагрев под повязкой. Так же быстро Лирам управился со второй ногой, а потом строго сказал:

– Теперь на ноги наступать нельзя!

– Но… как же я оденусь и пойду вниз? – расстроилась Лена.

Блеск в глазах альфинеанца, конечно, намекал на чудесное продолжение вечера в этой самой постели, но… окно открыто, и в него доносятся разговоры, смех и даже музыка – кто-то взял гитару?

Лирам коротко вздохнул, встал с пола и подошел к шкафу:

– Что ты хотела бы надеть?

– Сарафан? И шаль захватить на тот случай, если вдруг похолодает…

Мужчина заглянул в шкаф и, пользуясь подсказками девушки, быстро нашел все, что требовалось.

Пока девушка натягивала белье и платье, Лирам вышел, а вернулся уже одетым в светлые брюки и белую футболку.

Усадив девушку перед зеркалом, Лирам в две минуты собрал ее волосы в слабую косу и закрепил ремешком, потом красиво задрапировал на плечах шаль, а после принес тапочки с пушистыми зайчиками и, сохраняя серьезное лицо, натянул ей на ноги.

– Теперь можно идти! – сказал он, но едва Лена попыталась встать, как Лирам подхватил ее на руки и невозмутимо понес вниз – навстречу смеху, аромату жареного мяса и музыке.

Глава 4

Появление эгги на руках Лирама Элурэна не напрягло. Капитан только улыбнулся, подошел ближе, коснулся поцелуем уголка губ жены и тут же заметил повязки.

– Что-то случилось? – ранение Лены обеспокоило его сильнее, чем ее размещение на коленях альфинеанина.