Вниз по течению. Книга вторая

Но помимо недоступного для местных жителей городского провианта, в посылке обнаружились и перевязанные бечёвкой мягкие свёртки.

– Одежда? – предположил Клим, ткнув один такой свёрток пальцем.

– Не знаю, – Натку куда больше интересовало наличие весточки от Славы, и ей не терпелось распотрошить посылку, – Давай посмотрим.

Клим снова вооружился ножом. Упаковочная бумага, целлофан, обрывки бечёвки полетели в разные стороны, и скоро на всех имеющихся в избе свободных поверхностях были разложены щедрые дары неизвестного доброжелателя.

– Да-а-а, мать, – протянул Клим, восторженно покрутив головой, – Разбогатела ты в одночасье! Упаковалась по полной! Аж завидно.

Натка не ответила, в полной растерянности обводя глазами внезапно свалившуюся ей на голову роскошь. Тут было и новое постельное бельё, и плюшевый плед, и шерстяные носки с узором из оленьих упряжек, и такой же расцветки рукавицы, и шарф, и зимняя шапка с пушистым помпоном, и…

– А вот такого я здесь ещё не видел! – Клим бережно взял в руки и встряхнул ярко-голубой приталенный комбинезон с отороченным мехом капюшоном.

Она взяла плотную, без всякого сомнения очень тёплую, но одновременно почти невесомую вещицу, прижала к лицу, вдохнула запах чистой ткани, и зажмурилась. Слава! Вот она – весточка от него! Не записка, которую мог почитать кто-то посторонний, а напоминание об их второй встрече, когда Натка мчалась на лыжах по замёрзшему речному руслу, а он догнал её на снегоходе и отвёз в деревню, спасая от надвигающейся пурги.

– Раньше времени-то не радуйся, – хмуро сказал Клим, который, оказывается, внимательно наблюдал за меняющимся выражением Наткиного лица, – Это ещё ничего не значит.

– Откуда тебе знать, о чём я подумала? – огрызнулась Натка, и принялась бережно складывать комбинезон, уже прикидывая в уме, хватит ли ей здоровья завтра же использовать обновку по назначению, и выйти в лес на лыжах?

– Да не вчера родился, – Клим сморщился, будто собираясь плюнуть, но вместо этого лишь повторил, – Не радуйся раньше времени.