Зеркало и чаша

Только вот какое дело: дружина вся за тебя, а княгиня Избрана на мир не согласная.

– Где она?

– Да в Радомле. Дружины там всего ничего, да и противиться тебе никто, кроме нее с варягами, не будет. Поедем, поговори с ней сам. А уж мы все за тебя горой…

– Не надо! – Зимобор отмахнулся от изъявлений преданности, которым все равно не верил. Хитрый Секач, как оказалось, был истинно предан только самому себе, и его любовь ничего не стоила.

Но смоленские бояре хотя бы признали, что глупо спорить с силой, – и на том спасибо.

Оставалось убедить в этом Избрану, поскольку применять силу к собственной сестре Зимобор не хотел. Слишком крепко их связывали общая кровь и воспоминания детства, чтобы власть по-настоящему могла разделить их и сделать врагами. Что бы она ни натворила – она оставалась его сестрой.

Однако надежды найти ее в Радомле, напуганную и присмиревшую, не оправдались. Ее вообще там не было, и Секач искренне удивился этому не меньше Зимобора. Более того – никто в городе не знал, куда она делась.

По всему выходило, что она исчезла вместе со своими варягами, вопреки их заверениям, что они уходят без нее.

– Обманули, выходит, нас варяги! – Воевода Предвар разводил руками. – Красовит вон с ними договорился, что они от нее уйдут, чтобы, значит, лишнего шума не было, когда все откроется…

– Что откроется? – спросил Зимобор.

– Ну, что дружина теперь тебя в князья хочет! – нашелся тот.

Красовит только хмыкал и отвечал все то же: «Я их считать не нанимался, сколько их там уходило».

Но к нему не слишком и приставали. Исчезновению Избраны в Радомле скорее обрадовались. От нее хотели избавиться – она сама избавила их от себя, а чтобы править, у смолян теперь был Зимобор.

– Но куда она могла податься? – Сам новый князь не мог так легко забыть о своей предшественнице.

– В Смоленск, куда ж еще? – Секач пожимал плечами.

– Хорошо бы, если так…

Зимобор беспокоился о сестре, не представляя, где она, обиженная и гордая, может искать приюта. А если она намеревалась не просто спрятаться? А если у нее есть замыслы, идущие гораздо дальше? Он не хотел повторить ее ошибку – когда она просто приняла его исчезновение, не пытаясь разобраться как следует.

Выяснить судьбу беглянки было необходимо, только непонятно – как.

Приняв клятву дружины и бояр, Зимобор простился со Столпомиром. Тот пошел назад в полотеские земли, дальше собирать свою дань.

А Зимобор двинулся к Смоленску. Он еще надеялся догнать Избрану по пути туда, но напрасно.