Буду Шахерезадой

Ну, какой она была смелой девушкой и какая она молодец и все такое. Обычно Виталик раздражал, но сегодня так и быть, Настя позволила ему себя обнять. Праздник все же.

«Если бы Костя это увидел, он непременно бы заревновал», – мелькнуло в ее голове. Она тихонько посмотрела в сторону стола, где сидел Костя, но там никого не было.

– Иди, Виталь… – сказала Настя, мягко отодвигая мужчину от себя, – иди.

– Люб, пойдем на улицу выйдем, подышим немного? А то я что-то подустала тут, – предложила она подруге.

У гардероба Люба вдруг тормознула и сказала, что сходит в туалет, а потом к ней присоединится.

– Отлично выглядишь, – услышала она за спиной знакомый до боли голос. Настя замерла.

– Спасибо, – ответила она и обернулась с ослепительной улыбкой, – привет, Костя!

– Привет.

– Давно не виделись, – сказала она нежным голосом.

– Угу, – сказал Костя и затянулся сигаретой, – как ты поживаешь?

– Все хорошо, а ты?

– Нормально.

Настя смотрела на мужчину, и у нее в душе расцветали цветы. Она была так рада его видеть, что эта эмоция радости затмевала собой все остальные.

Если бы он ей предложил сейчас куда-нибудь уехать или сделать какую-то другую глупость вместе, она бы не раздумывая согласилась. Смотреть на него было как.... пить из источника. Так приятно, вдохновляюще и так замечательно.

– Костя… можно я тебя кое о чем попрошу?

– Хм… – он напрягся.

– Потанцуешь со мной?

Мужчина ухмыльнулся, выбросил сигарету и сказал:

– Я уж думал, тебе денег надо. Конечно, милая. Я потанцую с тобой.

От этого его дежурного «милая» у Насти в голове начали звенеть колокольчики.

***

– О боже, ты так и не научился танцевать! – сказала Настя.

– Ну да. И что? – ответил Костя.

– Да ничего. Я думала, что научился. Столько времени прошло… – Настя вовремя прикусила язык, чтобы не вспоминать былое. Ни к чему это.

Ребята покачивались на одном месте, а дым-машина пускала на них свои газы. Было красиво. Играла старенькая, но такая красивая, песня.

У Насти внутри все сжималось от счастья. Радость била пульсом в виски, ладошки потели, а в горле образовался ком. Она молчала и просто наслаждалась теплыми руками, обхватившими ее талию. Костя тоже молчал. Казалось, время замерло. Был такой момент покоя и умиротворения. Блаженства и наслаждения. Они оба его почувствовали.