Сила, способная изменить мир. Долг

Анью мгновенно поднялась на ноги, схватив наемника за волосы и резко опуская его голову вниз с такой силой, что сломала его лицом стол. В помещении повисла настолько оглушительная тишина, что слышно было как бьется в стекло залетевшая в таверну муха. Колдунья медленно обвела взглядом помещение.

– Я ведь сказала, мне это неинтересно, – её тихий, не выражающий никаких эмоций голос, прозвучал подобно раскатам грома в повисшей тишине.

Искательница повернулась к нему, глаза плавно стали из темных ясно-изумрудными.

– Пойдём отсюда, у меня пропал аппетит, – она развернулась, молча идя в сторону двери.

Никто из присутствующих не издал ни звука и даже не пошевелился. Кажется, мужчины старались даже дышать через раз. Проходя мимо барной стойки, Анью кинула на неё пригоршню монет, возмещая нанесенный заведению ущерб и тихо удалилась за дверь. Аман посмотрел на лежащего возле его ног наемника, глубоко вздохнул и принялся за лечение. Оставить мужчину раненым ему не позволяла совесть… Закончив, он молча прошел к дверям, его провожали взглядами, но никто не решился ему мешать или хотя бы сказать слово.

– Зачем ты вылечил это отребье? С него хватит и того, что я сохранила ему жизнь, – Аньюриэль стояла неподалеку возле доски с объявлениями, складывая в сумку какой-то листок.

– Я благодарен, что Вы наконец-то начали прислушиваться к моим словам и сохранили ему жизнь, – Аман улыбнулся. – Учение Руфеона говорит о прощении…

– Ты это халь расскажи, – она фыркнула и направилась в сторону дороги.

– Искатель! Не нам с Вами судить поступки Богов! – Аман поспешил за ней. Кажется, у них в очередной раз назревала религиозная дискуссия…

***

Аман проснулся, чувствуя, что Солнце скоро покажется из-за горизонта. Он поднялся, складывая одеяло. После неудавшегося ужина в таверне, они закупились продуктами и покинули деревню, предпочтя ночевку под открытым небом.

Нужно было поторапливаться, им предстоял не близкий путь. Он повернулся – на вершине ближайшей сопки едва заметно белели храмовые стены.

– Искатель, пора вставать.

В ответ донеслось невнятное бормотание из смеси иссилара и общего языка.

И так каждое утро…

– Искатель! У нас с Вами сегодня очень много дел, пора просыпаться, – Аман сдернул с неё одеяло.