Расплетая закат

Ухмылка императора улетучилась, и он снова грубо сжал мое плечо, прежде чем наконец отпустить.

– Тогда молись, чтобы сегодняшнее пиршество прошло удачно.

…

На столе перед нами с Ханюцзинем стояла сотня разных блюд – их хватило бы, чтобы накормить тысячу людей. Художник мог бы блаженно умереть, если бы запечатлел своей кистью столь роскошное пиршество: все цвета и текстуры присутствовали, каждая тарелка – тщательно обдуманное произведение искусства как для глаз, так и для языка.

Прошлой Майе претило бы сидеть в центре этого кулинарного театра.

Она бы закусывала губу, смотрела в пол и дергала за край рукава, чтобы отвлечься от урчания живота. Однако она бы истекала слюнками от пряного желе из зеленых бобов, слегка присыпанного орехами, древесных грибов, маринованных в уксусе с чесноком, и рыбы с имбирем под сливовым соусом.

Но не сегодня. Сегодня я сидела в своем ослепительном платье из солнца и хладнокровно игнорировала все взгляды в мою сторону. Каждый прожеванный кусочек еды давался мне с трудом.

– Ты почти ничего не ешь, дочка, – заметил шаньсэнь.

Я взяла кусочек жареного карпа. Проглотила его. В нёбо вонзилась косточка, но я и ее проглотила, чуть ли не надеясь, что подавлюсь ею, и меня отправят к себе в комнату.

Ханюцзинь усмехнулся.

– Она злится, потому что я отправил ее любовника в подземелье.

– Ей повезло, что лорда Сину просто посадили в темницу, – мрачно ответил шаньсэнь. – Будь решение за мной, его голова уже висела бы на пике по центру банкетного зала.

И я бы заставил Сарнай выпить его кровь.

– Это было бы неприлично, лорд Маканис. – Ханюцзинь крепко сжал мое плечо. – Его казнь подождет до конца свадьбы.

Я чувствовала, как шаньсэнь изучает меня, будто ждал, что я побледнею. Но кровь отхлынула от моего лица из-за его следующих слов:

– Я заметил, что нет вашего самого важного гостя. Где чародей?

– Уехал по моему заданию.

Я чуть не подавилась от лжи императора, а шаньсэнь нахмурился.

– Он оказывает мне неуважение своим отсутствием.

– А вы оказываете мне неуважение, приведя с собой легион солдат, разбивших лагерь у моего дворца.

Шаньсэнь улыбнулся.

– Это лишь подстраховка, чтобы свадьба прошла по плану.

– Мой чародей готовит собственную подстраховку.

Сплошная ложь. Я безучастно смотрела перед собой, пока слуги выносили новое блюдо – одно из последних. Это был целый фазан, тушенный в красном вине и лежащий на раскаленных углях, от которых к потолку поднимались искры.