Дражайший плут

– Ох, Феба, прости! – ахнула Гера. – Не верится, что я до сих пор не сказала тебе…

– Нет-нет. – Феба покачала головой, стараясь побороть отчаяние, потому что вовсе не хотела, чтобы они испытали чувство вины. – Вам не нужно извиняться, правда. Просто… просто мне захотелось узнать.

Гера глубоко вздохнула: похоже, едва сдерживала рыдания, – и Феба стиснула зубы.

Артемида откашлялась и заговорила – как всегда, тихо и уверенно:

– У него черные волосы. Разумеется, какими они станут, когда Себастьян подрастет, никто не знает, но он точно будет совершенно непохож на нашего сладкого Билли.

– Только не это! – воскликнула Феба и почувствовала, как ее губы сами собой сложились в улыбку, плечи облегченно обмякли.

Нос Максимуса был скромной пародией на нос Баттенов. Но если портреты предков действительно передавали жизненное сходство, носы эти иной раз бывали выдающихся размеров.

– Я считаю, крупный нос придает мужчине солидности, – вмешалась кузина Батильда с легкой ноткой неодобрения в голосе. – Даже у твоего капитана нос, можно сказать, немаленький, и, по моему мнению, именно потому у него такой уверенный вид.

– Он совсем не мой, – возмутилась Феба, но все же не удержалась и спросила: – Почему именно нос свидетельствует о каких-то особых качествах мужчины?

– Он довольно привлекателен, – начала кузина Батильда.

Артемида тут же подхватила:

– Ну а нос… чем больше, тем лучше!

– Да, именно! – Положил конец словесному потоку голос Геры.

Все замолчали, чтобы перевести дух, и в наступившей тишине захныкал малыш Себастьян.

– Наверное, проголодался, – предположила Гера, забирая малыша у сестры.

Феба слышала шорох одежды – ребенка прикладывали к груди. В своем желании кормить самой сестра шла наперекор моде, но Феба ей завидовала. Что может быть чудеснее, чем держать в руках маленькое теплое тельце; кормить и лелеять собственного ребенка…

Феба опустила голову в надежде, что печаль и тоска не отразились на ее лице.

– Так как же на самом деле выглядит капитан Тревельон? – спросила она, пытаясь отвлечься от грустных мыслей.

– Ну-у, – задумчиво начала Гера. – У него вытянутое лицо.

Феба рассмеялась.

– Это мне ни о чем не говорит.