Духовная

Духовная

Наталья Кашина

События разворачиваются в Петербурге середины девятнадцатого века, накануне Крымской войны. Дворянин Николай Юсупов узнает от отца о необходимости венчаться с дочерью уральского промышленника. Брак Николай воспринимает как необходимое зло и не имеет ничего против. Однако вскоре выясняется, что приданное невесты находится в плачевном состоянии, а сама невеста, кажется, еще меньше расположена к Николаю, чем он к ней. Но счастье в браке – это дело случая, а интересами Отечества пренебрегать нельзя.

Наталья Кашина

Духовная

Пролог

Николай Павлович, несмотря на благозвучие своего имени, кротким нравом не отличался. Вот и сейчас, выдернутый из такого любимого его сердцу дома терпимости, ругался как сапожник и норовил заехать кучеру кулаком в глаз. Однако кучер был не промах и, в отличие от хозяйского сына, совершенно трезв. Увернулся.

– Кузьма, тащи сюда эту пьянь! Живо!

Голос отца тут же привел Николая Павловича в чувство.

Там его ждали двое: отец – генерал Павел Петрович Юсупов и бывший гувернер Николая – Штольц. Обоих Николай не видел уже больше года, со дня похорон старшего брата Петра – в прошлом надежды не только всей Российской Империи, но и лично генерала Юсупова, который никогда не скрывал своих предпочтений и везде и во всем ставил младшему в пример заслуги старшего брата.

К слову, Николай был очень дружен с братом, и даже едкие замечания отца данное обстоятельство изменить не могли. Добрый и заботливый Петр, разница в возрасте с которым у Николая была почти десять лет, заменил Николаю и погибшую много лет назад матушку, и вечно отсутствовавшего по делам военного ведомства отца. Его глупая и несвоевременная смерть на дуэли стала ударом для обоих Юсуповых, и отец с младшим сыном еще больше отдалились друг от друга.

– Чем обязан, ваше сиятельство? Неужто до утра никак было?

– Ты как с отцом… – начал было генерал, но тут ситуацию спас Штольц, хлопком закрывший книгу, в которой до сих пор прятал свои колючие глаза и нос.

– С отцом так говорить действительно недопустимо, молодой человек. Особенно после того, как вы старательно игнорировали наши с Павлом Петровичем письма.