Калинова Яма

– Клаус! Ответьте мне, что случилось? Пойдемте к подъезду, – он кивком указал в сторону дома и пошел к двери; Кестер, испуганно оглядываясь, направился за ним следом.

– Я боюсь, я очень боюсь. Очень боюсь, – быстро заговорил Кестер. – Очень.

Сафонов разозлился. Глубоко вдохнул через сжатые зубы, резко выдохнул, снова достал спичку, поджег, закурил. Посмотрел в глаза Кестеру.

– Клаус, – медленно сказал он. – Вы сейчас же объясните мне, что случилось. Внятно и доходчиво.

– Да, да, конечно… – Кестер с трудом подбирал русские слова.

– Что вы такое несете? Так. Успокойтесь. Сейчас мы поднимемся в квартиру. Я налью вам чаю. Вы подробно расскажете мне все. Если вам так будет удобнее, можете на немецком.

– Да, да. Хорошо. На немецком, так лучше, намного лучше.

Сафонов с досадой бросил недокуренную папиросу, затоптал ее и открыл дверь. Они поднялись по лестнице на третий этаж и вошли в квартиру. Сафонов включил свет.

– Плащ можете повесить здесь, – он кивнул в сторону вешалки.

Через минуту Кестер сидел на кухне за небольшим деревянным столом, а Сафонов подогревал чайник на электрической плитке.

– Итак, – поставив чайник, Сафонов заговорил по-немецки. – Повторяю вопрос: что случилось? Вы пришли к моему дому, это очень глупый, необдуманный и опасный поступок. Чего вы так испугались?

– Понимаете, Гельмут… Я чувствую, что за мной следят. – Кестер тоже перешел на немецкий.

– И пришли ко мне! – Сафонов чуть было не повысил голос от неожиданности.

– Нет-нет… Я проверял, сейчас за мной точно нет хвоста, я шел к вам дворами, я специально надел этот плащ и шляпу.

«Только этого не хватало, – подумал Сафонов. – Проверял он, конечно».

– Ладно, – сказал он. – С чего вы взяли, что за вами следят?

– Вы знаете майора Орловского?

– Очень распространенная фамилия. В России наверняка много майоров по фамилии Орловский.

– Этот человек – сущее зло.

– Подробнее.

– Знайте: если вы услышите или увидите где-то его фамилию или, не дай бог, его самого – будьте крайне бдительны и осторожны. Это очень опасный человек.

– Кто это?

Немного успокоившийся было Кестер вновь сильно занервничал, заговорив об Орловском.

– Он похож на свою фамилию… Настоящий орел. Он парит над жертвой кругами, пока она его не видит, а когда видит, становится поздно. Он хватает ее в свои руки и никогда больше не отпустит.