10 секунд

Заморосил дождь, столь приятный, что я невольно закрыла глаза, остановилась и подняла голову, наслаждаясь тем, что моё тело остужают прохладные капли.

Руки тут же заболели, когда я подняла их, чтобы пригладить промокшие волосы и убрать с лица. Царапины зашипели, вода очищала кожу от запёкшейся крови. Я провела пальцами по лицу и вздрогнула, вспомнив об ударе. Оно было пылающим, горевшим от стыда и разочарования. Потом прошлась по платью – грязному и истерзанному, обняла себя за плечи и снова зарыдала, что есть сил, еле сдерживая крик.

Я поспешно облокотилась о стену – скользкую и покрытую плесенью – ударившись головой, вспышка боли пронзила нервные окончания, но я этого почти не замечала. Если бы я так и стояла посреди переулка, то упала бы на мокрую землю, а потом и вовсе не встала от недостатка сил. Я медленно осела, продолжая хлюпать носом, крепко прикрывая рот, чтобы не услышать собственного отчаянного воя. Мне неистово хотелось домой, в тепло, в объятия мамы, чтобы она меня укрыла одеялом и легла рядом, рассказывая истории нашей семьи, но я настолько выбилась из себя, что сил хватало только дышать.

– Найдите её, – прозвучал скудный, полный злобы голос из конца переулка.

Я оглянулась и увидела три широкие тени, а потом на столб света вышел Тод. Он искал меня, чтобы отомстить за удар. Мои глаза сверкнули в темноте от страха, я быстро поднялась и кинулась бежать, что есть сил.

Мне стоило огромных усилий, чтобы заставить их работать. Кровь стала приливать к голове, ко всем конечностям, двигаясь с удвоенной силой, а краска сошла с лица. Я знала, что они собираются со мной сделать, если поймают, но этого не случится. По крайней мере не сегодня.

– Вот она! – крикнул один из дружков, и я услышала быстрые шаги за спиной.

Чёрт! Я не могла заставить себя двигаться быстрее, а они уже догоняли. Поворот. Я чуть остановилась и посмотрела, где нахожусь.

Я слегка мотнула головой и побежала дальше, впереди маячил проход на главную улицу, где должен быть хотя бы один человек. Ну, пожалуйста! Лёгкие горели, а обнажённые ноги истёрлись будто пни и к тому же замёрзли. Волосы развевал ветер, сильно жалящий каплями по ранам дождь усиливался с каждой пройденной минутой.