10 секунд

Но у судьбы были свои планы на мой счет.

– Уйди от моей девушки, – зарычал парень, стоящий неподалёку от нас.

Тод. Вот уж кого я хотела сейчас видеть меньше всего. Провалиться мне на этом самом месте.

– Всё в порядке, – ответила я, подбегая к нему и останавливая, кладя руки на грудь, чтобы он не наделал глупостей. – Спасибо, Алекс, что помог, но я думаю, тебе лучше уйти к Кэтрин. Она, наверное, заждалась тебя.

– Не вопрос, – на лице Алекса я читала гнев и некую отстраненность, а еще разочарование.

Прости меня, Алекс.

Тод погладил меня по щеке, убирая с лица выпавшую из прически прядь.

– Он не приставал к тебе? – поинтересовался парень, как только Алекс отошёл на приличное расстояние, даже ни разу не обернувшись.

– Нет, всё отлично, – я попыталась улыбнуться.

– Пошли прогуляемся? – предложил он, понимая, что снова танцевать у меня отпало какое-либо желание, да и в целом возвращаться в этот зал.

Он взял меня за руку. Очень нежный жест с его стороны. А я положила ему свою голову на плечо, потому что она показалась мне враз слишком тяжёлой для тонкой шеи.

Голова продолжала гудеть от плохого самочувствия и непрошеных мыслей. Просто хотелось поскорее уйти, лечь под теплое одеяло и сделать вид, что ничего не происходило.

Мы ходили вокруг школы и говорили обо всём на свете. Тод рассказал мне, как впервые попал сюда.

– Я думал, парни выгонят меня с пинками, – отшучивался тогда он, – но, как только они увидели мои габариты, и как я умею играть, то стал своим человеком в их компании за очень короткое время, – рассказал он первое впечатление.

– А я всегда была тихой и неприметной, – поведала я ему свою часть, – я подружилась с Алексом много лет назад и мне этого хватало. Я не требовала кучи поклонников или подруг, потому что, по сути, ненавидела всех этих разукрашенных «Барби», которые одевались так, будто пришли на трассу, а не в школу. В семье я и вовсе вроде белого пятна, – отчеканила я, немного сводя брови.

– Я долгое время наблюдал за тобой, если честно, – рассмеялся Тод, – ты показалась мне милой и доброй, но теперь я понял с каким чудовищем и женщин ненавистницей знаком, – воскликнул он в притворном ужасе.

Теперь мы смеялись вместе, в округе были только я и Тод, и больше ни души, будто сами деревья решили не тревожить нас, тихо подслушивая наш разговор.

Я не заметила, как мы дошли до той самой скамьи, где я обычно проводила часы после занятий за книгой в руках. Мы были в саду.