Стать куртизанкой

Войдя в студию, девушка еле заметно поморщилась от ударившего в нос острого запаха краски, растворителя и химических веществ, которые словно состязались за звание самого едкого. Эта смесь запахов произвела на Шарлотту странный эффект. Внезапно ее охватило очень волнующее и знакомое чувство.

«Я уже была здесь».

Оставив Шарлотту, Арбакл пересек просторное помещение и занял место перед мольбертом, возле которого стоял стул и небольшой столик с банками и кисточками, поджидающими своего хозяина. Арбакл осторожно снял покрывало с холста и с мгновение рассматривал свое творение.

– Елена! Вы – моя Елена Троянская, Лотти. Мой шедевр, и я должен вас поблагодарить.

Пробравшись между мольбертами с незаконченными работами, Шарлотта подошла к шедевру – его слова, не ее, – удивляясь, каким образом обрела лицо женщины, заставившей выйти в море тысячи кораблей.

«Арбакл считает меня своей Еленой?» Шарлотта до сих пор не могла взять в толк, как все это оказалось возможным.

Однако прежде, чем она успела взглянуть на картину, художник указал рукой куда-то позади нее.

– Ступайте переоденьтесь, чтобы мы могли начать. Наверняка у вас назначено еще несколько встреч, так что через час или около того вы сможете быть свободны. – Он оглянулся через плечо.

Вспомнив слова Финеллы о том, что им еще предстоит сделать, Шарлотта не стала спорить и направилась в сторону ширмы, на которую указал художник. За ней она обнаружила простую позолоченную корону и длинный отрез тонкой ткани и теперь совершенно не представляла, что со всем этим делать.

Во-первых, этой ткани не хватило бы, чтобы закрыть ее полностью. К тому же шелк оказался почти прозрачным. «Я в нем как голая».

При мысли об этом Шарлотта остановилась, точно громом пораженная, и тут же вспомнила о скандальном портрете на стене спальни, на котором она была изображена возлежащей на диване без одежды.

Но как Арбакл мог с такой точностью передать особенности ее фигуры? Разве что она позировала ему… обнаженной.

О господи, нет! И что ей теперь делать?

– Возможно, он просто забыл приготовить костюм, – пробормотала себе под нос Шарлотта, стараясь поверить собственным словам.