Свадьбы и карты

В то время жил я припеваючи – еще никого не привлекали к уголовной ответственности за чью-то благодарность, пусть и преждевременную.

И вот однажды ехал я поездом к очередной своей жертве, – рассказывал Филюк. – На одной из станций в купе вошел жизнерадостный толстяк с тонкой полоской щегольских усиков и аккуратной бородкой. Он лихо забросил саквояж на верхнюю полку и весело протянул руку для знакомства. Я сразу сообразил, что человек он бывалый и компанейский.

Звали моего попутчика Николай Маркович Градополов.

В дороге знакомятся быстро. Вскоре на столе появилась бутылка коньяка и шоколад, извлеченные из саквояжа моего попутчика.

Через каких-то полчаса вагонное купе превратилось в исповедальню. Вероятно, причиной откровения с моей стороны стал не только коньячок, а и бородка Градополова, без должного ухода способная превратиться в бородищу священника. Подкупало и его внимание к собеседнику. А что уж совсем расположило – он нисколько не удивился, когда я рассказал о своем методе зарабатывать на жизнь.

Я объяснил ему, что еду к владельцу небольшого заводика по производству пластмассовых изделий. Судя по всему, бизнес у моего будущего клиента идет неплохо – к уже имеющемуся домику он захотел прикупить еще один, поближе к столице.

– Мое дело, – объяснил я Градополову, – получить хороший аванс. А если человек окажется приятным, сведу его с настоящим риелтором – пусть занимаются. Не переношу эту тягомотину – подбирать дома. То им маленький, то большой, то чтобы рядышком было озеро или речка…

– Сочувствую.

– Не скажите. Иной раз попадаются такие лопухи, на предоплату которых можно прожить месяца три.

– Нет-нет, не спорьте. Я знаю, что говорю, – возразил Градополов. – Вот сколько вы получаете задатка?

– От десяти до пятидесяти тысяч.

– А иные могут и совсем ничего не предложить. Ведь так?

– Случается и такое.

– Вот видите! А у меня никогда не бывает проколов.

– Вы тоже риэлтор?

– Боже сохрани! Я раньше картинами торговал. Находил клиентов и меньше миллиона за полотно никогда не получал.

– Миллиона?! – удивился я. – Но где же набраться таких дорогущих картин? Репины и Левитаны давно уже повымерли.

– Вот и хорошо. А их картины остались. Но беда в том, что настоящих авторских полотен мало, а желающих приобрести их с каждым годом прибавляется. И работы эти все дороже.