Я знаю, кто ты

Стены в коридоре выглядят так, как будто их ободрали. В доме очень холодно. Я делаю шаг вперед, и что-то кусает меня за ногу, больно. Посмотрев вниз, я вижу, что пол здесь тоже покрыт зеленой губчатой штукой – такую же я вчера видела на кухне. По краям лежат тонкие рыжие деревяшки, из которых торчат маленькие блестящие колючки. Я наклоняюсь потрогать одну колючку, и на моем пальце набухает капля крови. Я кладу палец в рот и сосу, пока не перестает быть больно.

Я иду на запах гренок, стараясь не наступать больше на колючки, и останавливаюсь возле первой двери.

Дверь заперта, и я иду дальше. Следующая дверь приоткрыта, из-за нее доносится звук телевизора. Я пытаюсь что-нибудь разглядеть сквозь щель, но скрип двери меня выдает.

– Это ты, Эйми? – спрашивает Мегги.

Меня зовут Кира, и я не знаю, что отвечать.

– Иди сюда, не стесняйся, теперь это твой дом.

Я толкаю дверь сильнее и вижу Мегги. Она сидит в постели рядом с мужчиной с золотым зубом. Улыбка у него дырявая, как будто сносилась от частого использования, а в черных волосах на лице видны белые крошки гренок.

В очках отражается телевизор. Я поворачиваюсь посмотреть на экран и вижу надпись «TV-утро», которая сменяется изображением мужчины и женщины, сидящих на диване. Стенки в этой комнате такие же, как в коридоре, – пятнистые и голые, и ковра тут тоже нет, а есть такая же зеленая пружинящая штука.

– Иди сюда, лезь к нам, холодно. Подвинься, Джон, – говорит Мегги.

Он улыбается и хлопает по местечку между ними на кровати.

Я дрожу от холода, но не хочу залезать к ним в кровать.

– Давай, – говорит она, видя, что я не двигаюсь с места.

– Заскакивай, – говорит он, приподнимая одеяло.

Скачут кролики. А я не кролик.

Я вижу, что на Мегги нет ничего, кроме ночной рубашки. Ее худые ноги выглядывают из-под одеяла, а длинные кудрявые темные волосы свисают ниже плеч, и мне становится жалко, что мои теперь не такие длинные. Я забираюсь в кровать рядом с Мегги, но только потому, что ее веселое лицо выглядит так, словно готово превратиться в сердитое, если я не послушаюсь.

В спальне у Мегги беспорядок, что очень странно: сама она кажется такой чистой и аккуратной. Везде валяются грязные чашки и тарелки, по углам громоздятся стопки газет и журналов, по полу разбросана одежда. Одеяло чем-то пахнет: не знаю, чем, но чем-то неприятным. Мы все сидим и смотрим в экран, но вдруг мой живот так громко бурчит, что, наверное, все это слышат.