Пантеон великих. – ТЫ КТО? – А ТЫ?

                                      – III —

Артисты и музыканты тоже любят меня. В детстве ко мне две недели ходила педагог по фортепиано, и когда я через какие-то четыре занятия смог сыграть гамму соль-мажор, она однозначно заявила, что я вундеркинд и гений.

Как известно, вундеркинды редко становятся взрослыми гениями, но нет правил без исключений. Здесь я отступлю от своего правила не говорить о себе комплиментарно и для ясности изложения намекну на свою персону (всё-таки логика это мой конек).

К сожалению, родители мои не прониклись энтузиазмом педагога (а может, у них кончились деньги – это семейная тайна), и я покинул поприще музыканта.

Но я до сих пор не отказываю в советах и консультациях как по музыкальному, так и по драматическому искусству.

Одна известная актерская супружеская чета часами ходила за мной по пустынному берегу моря и затаив дыхание слушала мои рассуждения о мастерстве вокала и упадке нравов.

Супружеские узы в актерской среде вещь весьма непрочная, и я теперь – O temporas, o mores! – не могу назвать их имен.

Не хочу я никого ставить в неловкое положение.

Да! Такой я порядочный человек! И чуткий! Я настолько чуток, что иногда просыпаюсь по ночам и не знаю отчего. Вот насколько я чуток.

Но это большое бремя, обычным людям незачем его нести. А я вот несу!

.                                       – IV —

Но мой разносторонний гений осеняет и простых людей труда.

Я очень люблю людей труда.

Часто, когда я иду по улице и вижу человека труда, я подхожу к нему и спрашиваю: «Что ты делаешь?»

К сожалению, не всегд.

мой чуткий гений находит членораздельный отклик. Бывает так, что ошеломленный человек труда офигивает, садится на землю и смотрит на меня не в силах вымолвить ни слова.

Случается и непонимание. Как-то раз я спросил так однажды на улице: «Что ты делаешь?»

И получил в глаз. Тогда с присущим мне металлом в голосе я повторил: «Что ты делаешь?!»

И получил во второй глаз. Мне пришлось оставить несчастного в темноте и неведении.

С тех пор я не ношу очков.

Но у меня и здесь есть поклонники. Вот Кладбищенко. Кто-то скажет, что он зануда, а я так скажу, что он смышлен и работящ. Он всегда приходит ко мне за советом в трудные минуты или на жизненном перепутье. И я всегда подробно наставляю его. Одно время он так свыкся с моими наставлениями, что полгода ходил за мной и носил мой мобильный телефон. Он сам просил об этом. Ему это было приятно. А я разрешил.