Раздевайся, мышка

Не могу поверить, что еще каких-то полчаса назад эта милфа мне понравилась. Сейчас, в сравнении с точеной мышкой, она кажется какой-то слишком пошлой – длиннющие накладные ресницы, когти, как у стервятника, и обтягивающие джинсы, которые не оставляют ни грамма для воображения.

Мышка же даже с макияжем выглядит такой невинной и естественной, что хочется схватить ее на руки и вынести, нахрен, из студии. Не хватало еще, чтобы всякие хмыри пялились на ее фотки в белье. А ведь они могут не только пялиться…

В ушах звенит и долбит кровью, когда в красках представляю все это.

И видимо, чтобы окончательно добить меня, в студию возвращается Дэнчик. В его руках поднос с пятью чашками и несмотря на то, что он сходу предлагает кофе мне, смотрит он при этом на мышку. Хищно смотрит. Неправильно.

Не удивлюсь, если он после съемок пару комплектов для себя приныкает вместо того, чтобы отвезти обратно. Мелкий извращенец!

– Марьяна, будешь кофе? – услужливо предлагает он, разве что не ныряя в ее декольте.

– Нет, – отвечает она, не переставая при этом улыбаться на камеру. – Мне вечером кофе нельзя. Я от него слишком перевозбуждаюсь.

Мышка продолжает как ни в чем не бывало позировать, а мы с Дэнчиком переглядываемся, как тупые малолетки. Дескать, ты тоже это услышал, чувак?

И хотя мы оба понимаем, что Марьяна на самом деле имеет в виду, ее слова производят на нас неизгладимое впечатление. Из ее уст это слово звучит как-то по-особому. Не пошло. Не зазывно. Но, твою мать, чертовски многообещающе.

Именно в этот момент я понимаю, что расшибусь в лепешку, но доведу ее до такого состояния. Правда, без кофе. Совсем без кофе.

Глава 8 Марьяна

Кажется, у меня аллергия на этот шиммер. Было уже такое как-то с кремом от солнца. У меня бледная кожа, и на пляже я всегда стараюсь нанести защиту жирным слоем. Впрочем, и после этого мне лучше оставаться в тени. Тогда я попробовала какой-то новый лосьон неизвестной марки и через полчаса покрылась мелкой красной сыпью.

Кожу жгло жутко, и я после этого еще неделю не ходила на речку.

Сейчас же сыпь, если и есть, то золотистые блестки ее успешно маскируют, а вот кожу печет просто невероятно. Словно босс нанес не какую-то блестящую субстанцию, а самую настоящую кислоту. Кажется, если закрою глаза, то снова отчетливо почувствую, как его пальцы жалят мои ноги, касаются живота…

– Марьяша, не спим, – командует Бланко. – Чуть-чуть уже осталось, соберись.