Лигориум

Говорил, когда его привели, в клетке сидело человек шесть, не меньше. Каждый день вешали по одному-двое. Когда остался только он, прекратили. Несколько дней ничего не было, он даже надеяться на что-то стал. Потом Тэмми приволокли. Это та, что за окном. Дальше эту малявку. А на следующий день нас. Вот тут-то Патти и каюк пришел.

Лина замолчала, уставившись в окно. Потом, видя, что собеседники не могут вымолвить ни слова, продолжила:

– У этого урода все предусмотрено, я так поняла. В каком порядке привели, в том и уводят.

Патти рассказал, что старых нищенок, которых вместе сюда засунули, так же и повесили. На соседних петлях. Это я к чему – вам с мальцом повезло, до конца не разлучитесь, – она хихикнула и тут же помрачнела. – Впрочем, нам с Рози тоже.

Снова повисло молчание. Наконец, Ксанна собралась с духом и спросила:

– А… почему ты сказала, что девочка… ну, что сегодня ее…

– Так вчера же Тэмми была. Значит, сегодня девчонка. А завтра… – она умолкла.

Ксанна, оцепенев, смотрела на решетчатую тень, отбрасываемую окном.

Тук тоже молчал, слышно было только частое биение сердца. Лина снова замерла у стены, периодически посмеиваясь чему-то своему. Девочка, похоже, вдоволь наплакалась и заснула, уткнувшись в юбку Рози. Сама Рози рассеянно гладила малышку по голове.

Неожиданно послышался топот. Ксанна обернулась к двери, но звук шел откуда-то выше. Лина, тем временем, неуклюже поднявшись на ноги, засеменила к окну.

– А вот и пир! – с неуместной здесь радостью воскликнула она, протягивая руки к прутьям.

В сложенные ладони упал кусок черствого хлеба.

– Теперь ешь, – приказал тонкий голос. Дождавшись, пока девушка доест, невидимый наблюдатель кинул ей еще корку. Приказ повторился. Проглотив последний кусок, Лина встала на цыпочки, почти прижавшись бледными губами к прутьям. Сверху полилась тоненькая струйка воды. Лина пила и пила, жадно запрокинув голову, пока струя не иссякла.

– Еще, – с придыханием произнесла она. – Дай еще!

– Назови свое имя и отойди, – велел голос, не обращая внимания на просьбы.

– Лина, – безучастно произнесла девушка и вернулась на свое место. Тут же встала Рози, и все повторилось. Назвавшись, Рози подошла к девочке и, взяв за руку, подвела к окошку. Охранник отказался передать хлеб Рози, и той пришлось держать малышку на руках все время, пока та, онемев от страха, жевала черствые куски.

Как только девочка дрожащим голосом назвала свое имя, Рози унесла ее к стене.