Настенька

Наверняка упокоить может только отсечение головы, да огонь.

Осознание произошедшего медленно настигало меня. Спутанные от волнения мысли постепенно выстраивались в спокойный размеренный ряд. И я с ужасом начала осознавать, что всё происходившее со мной не сон, это всё по-настоящему.

И только эта ошеломляющая мысль всплыла у меня в голове, как всё вокруг меня закружилось, а сама я начала куда-то проваливаться.

– Ох, ты ж девонька, – вдруг неожиданно запричитал банник, брызгая на меня ледяной водой из деревянной кадушки.

Я вдруг с удивлением обнаружила себя лежащей на полу в баньке, а надо мной склонились два представителя местной нечисти. Что со мной такое? Неужели обморок?

– Погоди-ка милая, я тебе сейчас облегчение сделаю, – затараторил Лукьян и затем, отвернувшись от меня в пол оборота, зашептал что-то в свои маленькие ладошки.

Прошла секунда, вторая, третья, и от моего душевного потрясения не осталось ни следа. Я с полным спокойствием разглядывала темные деревянные балки потолка низенькой закопчённой баньки Радовых, и меня совершенно не волновало ни сожжённая мною нежить, ни эти странные существа вокруг, именуемые нечистью, ни кто я, ни где нахожусь.

– Э-ка ты её приложил, – удивленно покачал головой Ведогор, – Ведьмы народ чувствительный и ранимый, с ними аккуратно надо, как бы не осерчала потом.

– Не рассчитал немного, – виновато закряхтел Лукьян, – Думал, сейчас в истерику впадёт.

– Ты давай-ка лучше иди хозяев успокой, – хмуро покачал головой банник, – Хоть они и не могли разглядеть нежить, но всё ж таки наверняка уразумели, что что-то Настасья в печи сожгла.

Медленно бредя к калитке Радовых, я безразлично разглядывала окружающий пейзаж и мужчину, что топтался на одном и том же месте возле крыльца избы.

– Спасибо, Настя, – неожиданно поклонился Радов Степан и опасливо посмотрел на меня, – Ежели чего надобно, заходи. Мы завсегда тебе рады будем, – торопливо добавил он и поспешно удалился.

Весь путь домой меня не оставляло какое-то странное ощущение чьего-то присутствия. Остановившись возле невысокой изгороди своего дома, я обернулась, но никого не обнаружила.