Настенька

– Снопы ломает, травы мнёт, – продолжил уже домовик, – Одни убытки хозяйству.

Я хмыкнула и сложила свои руки на груди:

– И снова повторяю свой вопрос: я-то тут при чём? – вопросительно подняла я свои брови.

– Так ведьма же, разве нет? Ты хозяйка новая земель этих, – решил внести ясность домовой Радовых, – Почитай на целых три села и на много дней пути в округе нет сильнее тебя, кто может нечисть одолеть. Ну, или нежить, – добавил он с заминкой.

– Погодите-ка, – решила я прояснить ситуацию, – То есть вы хотите, чтобы я пошла и разобралась с тем, что у вас в бане засело?

– Ну, да, – хором ответила вся нечисть.

Зашибись! Приехали. Я огромными глазами вытаращилась на Казимира, требуя пояснений. И они последовали.

– Много лет назад в лесу за кладбищем жила бабка-травница Глафира, её местные люди ведьмой прозвали за то, что она травы свои на могилках собирала, да по ночам в полнолуние. Не сказать, чтобы она была сильной, но нежить однако её остерегалась, заговоры она крепкие делала.

– Понятно, – задумчиво протянула я. И что мне с ними делать? Как поступить? Они ведь на меня надеются, вон какими глазами преданными смотрят, аж чуть ли не слёзы в глазищах блестят.

– Ладно, – проворчала я, сдерживая зевок.

Глава 6

И всё-таки хорошо, что я смогла найти общий язык со своим домовым. Вот кто ещё смог бы со мной, такой бестолковой в плане древнеславянского быта, возиться и обучать.

– Эх, ничего-то ты не умеешь, – удручённо вздохнул нечисть.

– А я говорила, что ни разу не замешивала теста, и как это делается, я понятия не имею, – напомнила я домовому, стряхивая со своих детских ладошек остатки муки.

– Ну, чему-то же тебя обучали? – раздраженно пробухтело существо, снова шепча в свои маленькие ручки какое-то заклинание, после чего, тесто само начало себя месить с удивительным усердием.

Я вновь вытаращилась во все глаза на происходящее. Было так залипательно смотреть, как предметы сами передвигаются и делаю то, что нужно.