Ученик архитектора

Под строжайшим запретом были, например, такие слова как «тонуть», «крушение» и «скалы». Не следовало также говорить «ураган», даже если он бушевал вокруг, швыряя корабль из стороны в сторону, словно щепку. Дурными приметами считались, кроме того: перевернутые кверху дном ведра, спутанные веревки, погнутые гвозди и беременные женщины. Тот, кому довелось услышать пение русалок, должен был немедленно перебросить через левое плечо щепотку соли, ибо пение это – зов дьявола. К тому же на судне действовало множество других неписаных правил: услышав что-нибудь неприятное, следовало сплюнуть и растереть плевок ногой; ни в коем случае нельзя было свистеть по ночам.

Джахан был поражен, узнав, что матросы с симпатией относятся к крысам. Считалось, что крысы покидают корабль перед крушением, поэтому присутствие серых грызунов на судне действовало на всех успокаивающе. А вот если на мачту садилась ворона, ее с проклятиями прогоняли прочь. Один из моряков признался Джахану, что перед отплытием сходил к колдуну и приобрел у того три попутных ветра.

Так или иначе, настал день, когда крысы исчезли. Небо, совсем недавно еще безоблачно-голубое, внезапно потемнело. Вскоре разыгралась стихия, название которой на корабле запрещалось произносить. Дождь хлестал как из ведра; порывы ветра едва не сбивали людей с ног; волны, которые с каждой минутой становились все выше, захлестывали палубу.

«Похоже, всем нам настал конец», – с содроганием думал Джахан. Но ему и в голову не приходило, что они со слоном должны стать первыми жертвами.

На третий день шторма в трюм спустились несколько матросов. Едва мальчик увидел их мрачные лица, сердце у него ушло в пятки.

– От этой скотины пора избавиться, – не разжимая губ, процедил один из моряков.

– Не надо было вообще брать его на борт! – подхватил другой. – Белый слон – это дурной знак.

– Вы что, спятили? – возмутился Джахан. – Неужели вы и правда думаете, что все это устроил слон?

Но голос мальчика потонул в злобном ропоте моряков. Никто не желал его слушать. В отчаянии Джахан повернулся к Гурабу:

– Что ты молчишь, как бревно?! Они же убьют слона!

– А что я могу сделать? – пожал плечами Гураб. – Пойдем к капитану.

Джахан бросился вверх по лестнице. На палубе творилось настоящее светопреставление.