Мой лучший враг

Я отхожу от зеркала. Сажусь на койку. Снова дергаю веко – вверх и вниз. Вверх и вниз. Рома бьет мне по руке и строго говорит:

– Да не дрочи свой глаз, а то совсем вывалится!

Я послушно убираю руку. Но так и хочется снова потрогать веко.

Я смотрю на друзей. У каждого из нас теперь есть отметина, клеймо Стаса. У Сереги дырка в зубах и обожженный бок. У Ромы тонкая полоска шрама между бровями. У Антона сломанные пальцы, которые торчат в разные стороны рогатиной. У меня не было никакого особенного шрама, а теперь вот появился.

Я не знаю, как на это реагировать.

Как к этому относятся родители? С ужасом, конечно, но они даже не думают, что кто-то мог такое сделать… намеренно. Мы умеем их обманывать. Мы еще дети… Подростки. Любим лезть, куда нельзя. Любовью к приключениям легко объяснить все наши шрамы.

Друзья садятся ко мне на койку.

– Батя говорит, что, когда он на войне был, ему пуля попала в глаз и вышла через ухо, – с умным видом вещает Рома.

Я усмехаюсь. Батя Ромы – человек-легенда, мы все время слышим про него много странных историй.

Все задумываются. Серега пальцем в воздухе чертит траекторию воображаемой пули и уверенно возражает:

– Не, брешет. Нет такой прямой, чтобы можно было войти в глаз и выйти через ухо. Да и еще чтобы глаз остался целым. А у твоего бати он целый.

Дальше мы переводим тему разговора. Болтаем о нейтральном.

– Хочешь, фокус покажу? – спрашивает Серега. – У тебя есть ручки? Мне нужно много…

– Много нет, – говорю я. – Штуки две наберется.

– Эх, жа-алко, – огорченно протягивает он.

 – А то я бы тебе показал, сколько стержней могу в свою дыру запихать. У Игорька щель между зубов с детства, так он в нее трояк стержней запихивает. Я ему всегда дико завидовал. Зато сейчас, когда и у меня дыра появилась, знаешь, сколько туда стержней могу засунуть? Семь! – Серега гордо улыбается.

– Ты крутой, – усмехаюсь я. – Действительно великое достижение!

Друзья хихикают. Серега обиженно поджимает губы.

– Вы просто не понимаете! Вот если б у вас зуба не было, тогда б вы поняли, как это круто! Я свистеть знаете, как громко могу? И четыре ноты беру…

Он глубоко вдыхает.

Ромка тыкает ему пальцем в живот. Серега сдувается, как воздушный шарик.

– Эй, ты чего?

– Мы в больнице все-таки. Тебя сейчас выгонят, если ты свистеть начнешь.

– Ну ладно, тогда, когда на улице будем, я тебе покажу, – говорит мне Серега.

Я киваю. В палату входит медсестра.

– Скоро тихий час. Посторонних прошу удалиться.