Конец мрачности

На этом «трансляция» закончилась и проекция рассеялась.

– Вот так вот, – устало развёл руки в стороны Глозейск и оглядел всех собравшихся. Выражения лиц богов и моей «фантастической четвёрки» были в основном задумчивыми, люди же и нелюди выглядели изумлёнными, а некоторые так и вовсе испуганными. – Ну, скажите мне, – продолжил Бог Знаний, – прав я был? Разочарованных зрелищем не осталось?

– Тот, кого считали сильнейшим из нас, пал, – глядя перед собой, медленно произнёс Карус. – Это…

– В это сложно поверить, – спокойно проговорила Хиллиса и замолчала.

Спустя несколько секунд задумчивой тишины она добавила: – Но это факт.

– И всё же раненый Рюгус не смог с ним справиться в одиночку, – подала голос Мавия. – Это тоже факт.

– Раз уж вы решили перечислять очевидное, – усмехнулся Норидуэль, – то добавим главное из очевидного: Рюгус создал невероятно сильного бойца. Полагаю, практически всё своё свободное время Бон проводит на крыше Зуртарна, напитываясь энергией миров.

– Опасный боец, – задумчиво проговорил Бог Степей Тимирчин.

 – Прежде всего, для своего хозяина. Удержаться на таком коне непросто. Даже без помощи своего Покровителя он смог блокировать удар Рейнгейта. Уверен, этот Бон как минимум равен по силе раненому Рюгусу.

– А может быть, и превосходит его, – раздался тягучий голос из недр глубокого капюшона. Все присутствующие тут же повернулись к Старику. – Телом Бона долгое время управлял сильнейший из ныне живущих людей – Утер, – плавным движением рукава он указал в мою сторону.

 – Бону доступны те же силы, что и Утеру. Да, Утер гораздо лучше ими владеет, однако у Бона есть постоянный доступ к Зуртарну. Утер смог ранить Рюгуса. И теперь Бон мог бы его убить. Однако вместо этого предпочитает оставаться Адептом.

– Что ты хочешь этим сказать, Древний? – почтительно спросил Лаэнель.

– Что не стоит недооценивать Рюгуса. Рейнгейт уже поплатился за это, – произнёс Старик и замолчал.

Глава 2. Решение

Давящая тишина вновь подчинила себе главный зал шестой крепости, нарушить которую через некоторое время рискнул Глозейск.

– Полагаю, Древний хочет указать нам на то, о чём нельзя забывать. На стихию Рюгуса-гана – Контроль. Вот почему такой сильный человек как Бон-ган довольствуется вторым номером. Вот почему, в отличие от Рейнгейта, он сам не попытался прикончить раненого Рюгуса-гана. Я правильно понял, Древний? – обратился Глозейск к Старику.

– Отчасти.