Мила Хант

Кажется, он не произнёс ни слова за всю дорогу.

Может, я умерла? Поэтому мне так холодно? С. сидит напротив. Я смотрю мимо него.

– Мила.

Я не отвечаю, но поневоле перевожу взгляд на С. У него такой вид, будто ничего страшного не произошло. Красивое лицо совершенно спокойно. Дорогой костюм по-прежнему в идеальном порядке, волосы приглажены, словно их выровняли по линейке. Да настоящий ли он? Вдруг это просто ультрасложная машина, киборг с безупречной осанкой, запрограммированный на то, чтобы не рассуждая выполнять любые приказы? С.

– Было ведь не очень сложно? – спрашивает он с искренним участием.

Вопрос явно лишний. Я замахиваюсь. С. молниеносно перехватывает мою руку.

– Чего же тут сложного? – цежу я сквозь зубы. – Вы всего лишь заставили меня убить человека.

– Убивать всегда тяжело, – подтверждает он. – Но вы должны успокоиться.

– А если я проделаю с вами то же самое, что с ним? Просто чтоб успокоиться.

– Это будет очень плохая идея, – произносит голос у меня за спиной.

Я даже не пытаюсь зажмуриться. Вся магия мира бессильна против него. Тонкие каблуки стучат по полу. С. отпускает мою руку и отодвигается. Я разглядываю леди А. с головы до ног. Без вызова. Всё в ней меня завораживает. И одновременно ужасает. Леди А., должно быть, привыкла производить такое впечатление. Она даёт мне время полностью прочувствовать, какое влияние оказывает на людей – и на меня тоже.

– Даже не пытайтесь нам угрожать, мисс Хант. Если вы используете свою власть против нас, вы горько пожалеете.

– Чем докажете?

– Давайте, рискните. Попробуйте – и закончите свои дни в тюрьме. И не только вы, как я уже говорила. Ваш товарищ Нильс Стернберг с удовольствием составит вам компанию.

Её тон смягчается, под конец леди А. даже улыбается. Она знает, что я уже капитулировала.

– Вы великолепно справились с заданием.

– Зачем вы заставили меня это сделать? – задыхаясь, спрашиваю я.

Леди А. вздыхает.

– Демонстрация ваших невероятных способностей была очень убедительна. Вы произвели на нас впечатление.

Она неопределённо улыбается, совершенно не интересуясь моей реакцией. И отходит в глубину комнаты. В своём бежевом брючном костюме она почти сливается с интерьером.

– Когда наш друг доктор С. впервые рассказал нам о вас, – продолжает она, не оборачиваясь, – надо признать, мы сомневались.

Услышав, как леди А.