Инстинкт Убийцы. Книга 3. Остров Черной вдовы

Ада опешила и прекратила отстраняться, слова старухи заинтриговали ее, она хотела быть богатой, а кто же не хочет? Но недоверчивость всё же взяла своё, Ада не была дурой, а то, что говорили все эти уличные попрошайки, было рассчитано на дураков.

– Ладно, – Ада открыла сумочку и начала в ней рыться. – Вот тебе 3 рубля и оставь меня в покое.

Но старуха не отцепилась и, что самое удивительное, не проявила ни малейшего интереса к деньгам. Она пристально смотрела на Аду своими странными горящими глазами, а ее старая скрюченная рука вдруг как будто налилась силой и до боли сжала плечо девушки.

– Эй, пусти, – Ада попыталась выдернуть руку из этой мертвой хватки, теперь она поняла: ей попалась сумасшедшая, в большом городе это не редкость, и теперь надо было решать, что делать с ней. Можно позвать на помощь, а можно врезать старой карге как следует и удалиться, да еще и прихватить свои 3 рубля, всё же деньги. И Ада могла врезать, еще как могла, но эти глаза останавливали ее, сковывали, пугали.

– Да, теперь я вижу, – задумчиво проскрипела цыганка, – теперь я многое вижу.

– Слушай, – Ада решила еще раз попробовать мирно разрешить эту нелепую ситуацию, – если тебе мало, я дам еще, только исчезни и оставь меня в покое.

– Я исчезну, исчезну, – проговорила старуха, – я исчезну, а ты еще долго будешь ходить по этой земле. Будешь жить в роскоши и достатке. Мужчины будут у твоих ног, ты ведь красавица. Вижу кровь. Много крови…

Она замолчала, а Ада перестала вырываться, эта цыганка уже не просто пугала, она наводила ужас, и что самое страшное – Ада верила, и не могла разорвать эти чары и просто уйти.

– Но ни один мужчина на этой земле, – она повысила голос и подняла скрюченный указательный палец, как бы подчеркивая важность своих слов, – ни один не причинит тебе серьезного вреда. Ты будешь всю жизнь ходить по лезвию, но не порежешься.

Ада молчала, в испуге глядя на эту странную старуху, а та снова уставилась куда-то сквозь, но хватка ее не ослабла. Она еще не всё сказала, и Ада ждала, повинуясь ее чарам и собственной интуиции.

– Нет ничего абсолютного в грязном, слабом мире, – проскрипела цыганка. – Ты будешь сильной, будешь смелой, ты ничего не будешь бояться. Тебе и не надо.