Новый век начался с понедельника

Та, видимо не понимая диковинных слов, перевела неожиданно разговор на себя, задумчиво и чуть с грустью жалуясь на свою женскую долю:

– «Да! Я теперь и никому не нужна!».

И, немного подумав, по-своему философски, неожиданно многозначительно, и даже со злостью, заключила:

– «Даже… на фиг!».

Хотя Платона и покоробили слова Марфы, он, однако про себя отметил, что в данный момент они имели весьма чёткий двузначный смысл.

Марфе Ивановне Мышкиной часто были непонятны и чужды разговоры о высоких материях.

Она от них была чрезвычайно далека. Её начальное четырехклассное образование, кое-как полученное в тяжёлое военное время, не позволяло понять многое элементарное и очевидное.

По странному стечению обстоятельств через её военное детство в 1941 году также прошли танки немецкого генерала Гота, чьи траки позже, в 1942 году, утюжили донские степи, пытаясь погубить, беременную будущим Иваном, мать Гудина.

В ООО «Де-ка», кроме Платона Петровича Кочета, Ивана Гавриловича Гудина и Марфы Ивановны Мышкиной (урождённой Рыбкиной) – маленькой пожилой женщины, потерявшей годы, но не работоспособность, – работали ещё две сотрудницы: уже упомянутые Инна Иосифовна Торопова (урождённая Швальбман) и Надежда Сергеевна Павлова, сохранившая свою девичью фамилию, как уже известную в научном мире, – всех их непосредственный начальник.

Кроме того, в коллективе работал и Алексей Валентинович Ляпунов, являвшийся основной его опорой и надеждой. Он был самым молодым из них, приближаясь к возрасту Иисуса Христа.

Это был небольшой, но, в общем-то, дружный коллектив, спаянный общими делами, интересами и идеями.

Его члены очень гармонично дополняли друг друга, как своими способностями, так и некоторыми чертами своих характеров, что иногда усиливало их действия, быстро и надёжно приводило к успеху.

В их коллективе всегда царили, как правило, доброта, доброжелательность друг к другу, открытость, терпимость, юмор и шутки, тон которым сначала задавал, в основном, только Платон.

Поначалу он шутил всегда с серьёзным лицом и над такими же очень серьёзными лицами сослуживцев.

Ибо нет ничего смешнее человека со слишком серьёзным лицом.

Позже он понял, что не все сотрудники и не всегда понимают его, иногда слишком заумные, шутки и несколько снизил планку возможности их понимания, даже сочинив по этому поводу весьма поучительное стихотворение:

Плоскость шутки если видишь,

С выводом не торопись.

Тем себя ты не обидишь.