Жадность

Зачем лукавить, если сама Гирра бы спасла что-то ценное вместо того, чтобы поймать человека.

– Зачем ты меня похитил?! Убийца, так ещё и похититель?! – Гирра угрожающе выставила палец и грозно помахала им.

– Что? Если говорить о нарушениях, то Вы первая перешли закон. Сначала ворвались в мой дом и разбили окно, – Вильгельм выпрямил ладонь, призывая Гирру к молчанию, ведь он прекрасно видел, что девушка хочет что-то возразить, -После следили за мной. Вы правда думали, что я не узнаю Вас? Хотя не отвечайте.

Если Вы пыталась, значит были уверены в себе. И вдобавок едва не разбили старинное зеркало.

– Что ты теперь сделаешь? Сдашь меня властям? Или уже сдал и только задерживаешь меня до прибытия инквизиции?

–Вы просто ужасного обо мне мнения. Только прежде, чем вновь попытаетесь сделать что-то противозаконное, подумайте о том, что я хочу просто поговорить с Вами и ни разу не причинил вреда, хотя у меня был и мотив, и возможность на это! – Вильгельм говорил быстро и даже тараторил, что явно не подходило к его образу.

В его памяти явно стойко стоял образ визжащей Гирры, так что прежде, чем эта гарпия вновь завоет, нужно было успеть высказать всё.

– Ладно. Говори, что хотел. – согласилась Гирра, до последнего делая вид, что она тут жертва, хотя понимала, что Вильгельм пострадал от её действий сильнее.

– Безусловно, мы можем и дальше рассуждать на тему нашей встречи в комнате, но я бы предложил переместиться к столу.

Я подготовил его для долгой беседы, – под этой фразой Вильгельм имел ввиду «Я поставил на стол так много еды, чтобы пока ты ела её, не имея возможности говорить, я успел хотя бы немного объяснить ситуацию»

Гирра согласилась. Да, идти на обед к опасному и подозрительному человеку было глупо, но и отказываться от интересующей информации и вкусной еды было бы ещё глупее. Стоило девушке сделать несколько шагов к двери, Вильгельм тут же ужаснулся.

– Вы правда собираетесь идти на обед… так?

Гирра оглядела себя. Вся в пыли и ошметках грязи, на лице до сих пор сажа, а волосы напоминали птичье гнездо. Явно не подходящий образ для трапезы с таким аристократом.

– Не будь у меня хотя бы капли морали и совести, я давно сам отмыл Вас и привел к человеческому виду, но было бы странно, если бы я раздел и касался обнаженного тела дамы…

– Слушай, Вильгельм.