Значит, война!

С того дня Марко лично отвозил меня на своём автомобиле на занятия и забирал с них, делая из меня прилежную отличницу. Родители ни могли не нарадоваться, они не догадывались о намерениях парня, а у меня язык не поворачивался рассказать им правду.

Я стала жутко бояться парня, его гнева и импульсивного поведения.

Марко в тот день отвез меня к себе домой, не спрашивая моего мнения. Между нами ничего не было. Я просто приняла душ, переоделась в чистое и легла спать в его комнате. Парень не беспокоил меня. Казалось, что ему было вообще безразлично на то, что произошло.

Со мной римлянин не заговаривал, но я чувствовала, что для него было важно, чтобы в тот день я была рядом.

По дороге в школу Марко тоже не был особо разговорчив. В этой тишине напряжения хватило бы на освещение целого города.

Я судорожно считала дни до моего дня рождения, боясь представить, что случится с моей жизнью после того, как он осуществит задуманное. Марко возьмет меня, изнасилует, использует и что потом?

Однажды, я решила сбежать, нарушить его правила.

Вышла из дома на час раньше, задолго до приезда Луккезе, чтобы не столкнуться с ним. Вместо школы я отправилась в центр Рима, желая спрятаться среди туристов, чтобы меня нельзя было найти. Я хотела взбунтоваться.

Удобно расположившись под деревом в парке, я достала книгу и сэндвич, который утром себе приготовила. Я планировала целый день гулять и наслаждаться Римом, показать Луккезе, что не принадлежу ему и могу делать то, что хочу.

Но стоило мне сесть под деревом, как на моё плечо легла горячая ладонь, а затем на плед сел сам Марко.

Он был все также спокоен и улыбчив, что всегда пугало до жути.

– Не люблю Драйзера. Приторно предсказуемо. – заключил он, отбирая у меня книгу и убирая её в портфель. – Почему прогуливаешь уроки?

– Мне теперь у тебя и с уроков отпрашиваться? – спрашиваю гневно у итальянца, сжимая от негодования края расклешённой юбки, натягиваю её вниз, что становится сразу же заметно Марко. Парень усмехается и тут же забирается под клетчатую юбку, поглаживая коленки и бедра, стремясь показать право на меня.

– Да. – коротко отвечает он, щипая меня и наслаждаясь моментом. – Ты должна все согласовывать со мной.

– А если я не хочу? – пытаюсь оттолкнуть его руку.

– Выбора нет. – улыбка уха до уха завораживает и раздражает.

– Если откажу, что тогда? – сжимаю ноги, стараясь не думать о том, что тело предательски наливается свинцом, а трусы мокнут от его ласки.