Как скажете, Пётр Всеволодович!

До завтра! – бросаю ему, против воли немного дольше засматриваясь на вырез рубашки, где выглядывает черная поросль непослушных волос на загорелом теле. Он прощается со мной в ответ. Уже тепло.

Про Босса можно говорить что угодно, но чудовищем как все про него говорили, он не был. Ко мне относился вполне сносно, отпускал всегда, когда я отпрашивалась, а делала это я редко – только по надобности. В отпуск мне тоже всегда удавалось уйти по графику, препятствий он не чинил. Иногда я не понимала, почему его называли таким чудовищем.

– Ты всё? – спросила у меня Даша, вздыхая и закатывая глаза. Она сидела рядом со мной. – Везет! А меня Деспот задачами загрузил по самые уши.

– Подойти, объясни, что сегодня не успеваешь. Может раскидать что. – предложила я ей, искренне не понимая, почему все настолько сильно его боятся. Ну кричал он, ну давил своей аурой и взглядом, но не бил же плеткой как рабов? Орал всегда по заслугам.

Я придерживалась всегда мнения, что если не нравится тебе на работе, то увольняйся и уходи – не нужно гундосить и зудеть по каждой мелочи.

С Петром Всеволодовичем можно было найти компромисс всегда, нужно было только уметь излагать свои мысли и обосновывать точку зрения.

На работе многие называли меня его любимей, хотя я не понимала почему. Все, что я делала: просто исправно выполняла свою работу, вследствие чего он не ругал меня и не требовал переделывать ее ночью.

За время совместной работы нам, и вправду, удалось образовать настоящую команду, я без слов всегда точно понимала, что он хочет и как это сделать, чтобы он остался доволен.

Иногда, чтобы смягчить отношение коллектива к нему, старалась его задабривать и смягчать ситуации, насколько это было возможно.

Вслух он никогда не говорил мне, что я молодец, но я знала, что Босс доволен моей работой.

– Ага, так он и раскидал. – заворчала Даша. – Вечно ты его защищаешь! Просто ты на своей шкуре не чувствовала, что такое ненависть сына Сатаны!

– Не преувеличивай, никого он не ненавидит.

Он же не может закрывать глаза на косяки, просто, чтобы нравится всем своим подчиненным!

Даша недобро зыркает на меня, и я побыстрее ретируюсь домой, чтобы не словить новую порцию ненависти к своей персоне. Не поворачивался у меня язык говорить гадости при любимого Босса, даже если это стоило мне некоторого конфликта с коллективом.