Как скажете, Пётр Всеволодович!

Иногда Пётр Всеволодович и вправду был очень жестким по отношению к сотрудникам, но это лишь потому, что он не любил глупость и лень, не прощал ошибки. Я всегда работала старательно и была очень ответственной, с синдромом отличницы, как говорили многие, поэтому у него ко мне редко когда были какие претензии. Даже наоборот, он постоянно одаривал меня премиальными и другими плюшками.

– Можно? Или уже завтра?  – пропела я, улыбаясь и заходя к нему в кабинет. Деспот жестом пригласил меня сесть напротив него, продолжая активно печатать письмо на своем компьютере.

Желваки на лице предупреждающе играли, демонстрируя что от Веры он еще не отошел. В такие моменты нельзя было попадать под его тяжёлую руку, можно было и просто так получить.

Сегодня на Петре Всеволодовиче были укороченные черные брюки и стильный свитер кремового цвета. Я очень любила мужчин, придерживающихся строгого делового стиля. Таких, на которых смотришь, и чувствуешь, как исходит от них сила и статус. От нашего шефа такая не просто исходила, прямо-таки напирала.

– Что у тебя? – закончив с письмом, мужчина переключился на меня. Я передала ему документы, и он, взяв ручку, стал вносить правки. Босс был очень умен и никогда не делал ошибок, у него можно было много чему поучиться. Порой он напоминал мне совершенного робота, проделывающего бесконечные расчеты в своей голове. – Хм. Переделай и отдавай сразу сама, можешь во второй раз не приносить.

По телу разлился жар. Это была практически похвала от него.

Он доверял мне. Мало кому он позволял быть самостоятельным и независимым в работе. Непроизвольно улыбнулась.

– Спасибо. А то я уже боялась, что и мне достанется. – пошутила я, размягчая напряженное выражение его лица. Уголки его губ дрогнули и приподнялись, образуя подобие улыбки. – Вы бы ушли сегодня пораньше, сходили на баскетбол. Сегодня играет ЦСКА!

Мужчина слабо, но уже тепло улыбнулся мне. Он очень любил баскетбол, следил за лигой.

Я это знала и иногда следила за матчами, чтобы было что обсудить с ним.

– А сама ты чего сидишь до сих пор на работе? – насмешливо спрашивает Босс, зная мой трудоголизм и желание всегда всё доводить до конца. Он ценил моё умение управлять временем и не забывать о мелочах, хотя никогда не говорил об этом. Я чувствовала это в его немом одобрении и потенционировании. – Бумажками можешь заняться завтра, не срочно.

– Спасибо, отдам эти и пойду домой.