Лука

 Я боялась, что Лука разозлится на меня, что-то скажет, но он просто цокнул языком, взял вилку и протянул её мне:

– Не спеши.

Майлз приободряюще улыбнулся мне:

– Не обращай внимание на нас, мы всегда едим, как стадо голодных варваров, и за нами невозможно успеть.

Я посмотрела на Майлза и Алана и рассмеялась, они и в правду уже были чумазые и по самые уши в блинах, а Лука медленно уплетал свой блин, словно был не с ними. Царек сраный.

Я так и не притронулась к своему блину, но когда Лука повернулся ко мне и посмотрел на еду на моей тарелке, я послушно взяла вилку и принялась есть.

Руни продолжала хлопотать вокруг нас, когда на кухню буквально ворвался один их бритоголовых Луки. Он замер, увидев меня, открыл и закрыл рот, явно не зная с чего начать.

– Подожди в кабинете. – распорядился Лука, и его лицо приобрело холодный вид. Я случайно коснулась коленом его под столом и тут же сжала ноги вместе до боли, чтобы это не повторилось.

Это не укрылось от него, потому что он тут же положил властно руку мне на ногу и придвинул её к себе, заставляя чувствовать жар тела.

Парень скрылся в направлении кабинета, а мы остались сидеть почти в тишине. Я видела, как Майлз рассматривает руку Луки на моей ноге. Мне захотелось её скинуть, но было страшно. В голове пронеслась мысль, как бы я хотела, чтобы это была рука Майлза.

Он хочет подчинения? Будет ему, а потом в удобный момент я всажу ему нож в спину.

Майлз

Она сидела рядом с моим другом, дрожа как осиновый лист, и глядя на меня в поисках поддержки. А внутри меня боролось чувство дружбы с чем-то новым к этой златовласке.

Столкнувшись с взглядом Луки, ужаснулся, он видел это и бесился, сжимая под столом коленку Алисы.

– Давайте переговорим в кабинете. – его голос был глух, но мне казалось, что он орет мне в ухо. Лука встал резко, отпуская девчонку, и стремительно направляясь в кабинет.

В коридоре мы оба синхронно вздохнули, ощущая груз происходящего.

– Лука убьет тебя. – сказал Алан, шутливо толкая меня в плечо. Но это была наигранная шутливость.

– Знаю.

Мы вошли к нему, когда он сидел уже за столом, держа руки треугольником, соприкаясь пальцами.