Подстава. Книга третья

Я отреагировала на него, нежным и собственническим жестом обняв Эриха.

– Мелани, – напряженно произнес он, – что ты творишь?

– Ооо, – протянула я, приближаясь к его губам, – я, малыш, удовлетворяю потребность в окситоцине. А ты?

– А я с трудом сдерживаюсь, – неожиданно хриплым и сиплым голосом ответил он.

– А ты не сдерживайся, – посоветовала я.

– Если я не буду сдерживаться, ты очень быстро станешь как моя мать! – высказал Дагрэй и даже попытался отстраниться от меня.

Но тут такое дело:

– Эрих, иди нахрен, – послала его я.

– На хрен не идут, Мэл, – прошипел он, напрочь теряя всю свою сдержанность, – на него нарываются.

И я как-то сходу поняла, что нарвалась. Но на все остальные понимания уже не оставалось ни времени, ни пространства, ни способностей рассуждать здраво. В единый миг Эрих сжал меня так крепко, что стало трудно дышать, а затем жестко и властно прижался к моим губам, как-то сходу заставив вспомнить, кто в наших отношениях сильный и опытный, а кто не только существенно слабее, но и тупо нарвался, не особо понимая на что именно.

Рывок, и подтянув меня ближе, Эрих почти уложил на диван, накрывая собой и лишая вообще возможности дернуться, но я не то чтобы дергалась. Растерявшись от его напора, я с трудом пыталась вдохнуть, потому что воздуха резко стало не хватать, как и хоть чего-то охлаждающего, потому что целовал Эрих горячо и жадно, посрамив одним своим поцелуем все мои попытки перехватить инициативу в наших отношениях.

«Сволочь!» – мысленно выругалась я, точно зная, что услышит.

– О, да, – подтвердил Эрих, срывая с меня майку.

Треск ткани, жадные голодные поцелуи, всего миг прохлады и жаркая волна поднимается в теле, и накрывает полнейшая растерянность, смешанная с абсолютным чувством собственной беспомощности. За всеми этими событиями я как-то упустила тот факт, что Эрих изначально был сильнее. И решительнее. И настойчивее. И в целом бешено хотел секса. А я, кажется, хотела только обнимашек. Таких нежных, ванильных и ни к чему дальнейшему не ведущих.

– Мне остановиться? – почти рыча, вдруг спросил Эрих.

– Да! – я себя так почувствовала, словно мне только что спасательный круг кинули.

И почти сразу ощутила дикую волну сожаления от Эриха… словно этим кругом, который мне милосердно бросили, ему прилетело по голове.

– Млять! – разъяренный стон.