Мертвые Игры. Книга третья. О темных лордах и магии крови

Хуже того – я его не могла даже увидеть… самой с трудом в это верится, но это так.

– В-ваше кольцо не снимается, – глядя исключительно на стол, с трудом выговорила я.

– Естественно, – холодно произнес лорд Гаэр-аш. – Это же не помолвочное кольцо, Риаллин, оно обручальное. И снять его могу только я, и только в том случае, если не завершу наш брак.

С сомнением посмотрев на некроманта, практически шепотом переспросила:

– Зззавершите?

За ледяным взглядом ректора читалась настолько сжигающая ненависть, что я, испуганная до смерти, не смогла даже глаз отвести, когда он, продолжая смотреть на меня, издевательски-учтиво пояснил:

– Под завершением брака принято подразумевать первый физический контакт супругов.

Вздрогнув всем телом, я отрицательно мотнула головой и срывающимся голосом потребовала:

– Снимите его с ме…

Ледяной взгляд руководителя Некроса вдруг стал крайне походить на темное, опасное предгрозовое небо, способное разразиться убийственным штормом.

Испуганно сглотнула, вдохнула и выдохнула, стараясь успокоиться, все же набралась смелости и попросила:

– Заберите ваше кольцо… пожалуйста.

В комнате Норта сгустилась мрачная, угрожающая тишина. Затем раздался тихий, заданный с нескрываемым сарказмом вопрос:

– Риаллин, как у тебя с сообразительностью и мышлением?

Я не ответила. Гаэр-ашу мой ответ и не потребовался, он жестко продолжил:

– Мое кольцо – твоя защита, практически единственная с тех пор, как собственный Эль-таим ты безрассудно отдала Сердцу Некроса.

Мне стало обидно, причем настолько, что слова вырвались сами:

– Вас никто не просил меня защищать, лорд Гаэр-аш!

Взирала я при этом исключительно на стол перед собой, и никуда больше, и снова посмотреть на ректора просто боялась.

– Неужели? – прозвучало ядовитое.

– Именно так! – Я сжала руки, стараясь унять дрожь и понимая, что следовало бы просто смолчать и не провоцировать конфликт. – Мне не требуются ни ваше кольцо, ни ваша защита, ни…

– Прекрати.

Я прекратила.

Несколько мгновений было пугающе тихо, а затем лорд Гаэр-аш произнес:

– Я уже понял, что эти чувства ни тебя, ни меня не радуют вовсе. Прискорбно.