Зовите меня Ада

Багровые капли летели во все стороны, падая на пол, и проливаясь на руки Ады, её обнажённую грудь и лицо с белыми, как полная мёртвая луна, глазами. Наконец, тварь насытилась. Она упала на пол и растеклась вокруг свечей, не решаясь проникнуть внутрь.

Петровна ни жива, ни мертва от ужаса, стояла как вкопанная, не в силах оторвать взгляда от происходящего, и как заворожённая глядя на Аду. А та всё стояла на коленях, держа в протянутых руках миску с кровавыми подтёками. Внезапно из всех углов потянулись тени, сквозь приоткрытую форточку Петровна услышала нарастающий шорох, который становился всё сильнее и сильнее, и перерос в гул, подобный тому, который бывает в самолёте, когда тот взлетает с поверхности земли, и на какой-то миг у пассажиров закладывает уши так, что наступает полная глухота.

– Пора-а-а, пора-а-а, – донёсся до неё шёпот множества голосов.

– О чём это они? – мелькнуло в ошалевшем сознании Петровны.

– Мзда-а-а, плата-а-а, жертвы-ы-ы, – шептали голоса, наваливаясь куполом над фигуркой Ады.

Шёпот их становился всё громче и громче, и постепенно перерос в мерзкий высокий звук, писк, от которого уши заложило окончательно. Этот ультразвук, казалось, проникал во все внутренности и буравил их миллионами мелких иголочек, заставляя сжаться в комок боли.

Петровна даже здесь, за стеклом чувствовала его силу. Ада же в комнате повалилась вдруг на пол, затряслась в судорогах, выгнулась коромыслом, приподнявшись на пятках и затылке, закатила белёсые глаза.

Аду начало крутить по кругу и выворачивать так, словно некая невидимая громадная рука дёргала за ниточки, а Ада подобно марионетке, неестественным ломаным движением вскидывала то руку, то ногу и ползла по полу в той же позе паука, выгнув дугой спину. Наконец, она повалилась как мешок, словно в ней не было ни единой косточки, и замерла. Смоляные тени поползли назад, в темноту коридора, свечи вновь вспыхнули ровным пламенем, крыс взобрался Аде на лицо и принялся вылизывать её нос и щёки.

Ада вздрогнула, вздохнула глубоко, повернула медленно голову вбок, и, вперившись взглядом в стоявшую за окном Петровну, совершенно отчётливо глянула на неё. Петровна и сама не поняла, как она это определила, ведь глаза той продолжали оставаться пустыми и белыми. Однако, она могла поклясться, что Ада смотрела прямо на неё.