Властию Его, мне данною…

Неля краем уха слушала про какую-то возмутительную телепередачу, вежливо кивала, а мысленно проклинала себя, что так опрометчиво задержалась, собирая сумку.

Когда поезд вынырнул из туннеля на открытый участок, Анна Кузьминична, притормозив свою болтовню, неожиданно перекрестилась на белую церквушку, мимо которой они проезжали. Ничуть не смутившись Нели и не обращая ни малейшего внимания на окружающих, будто привычно поздоровалась со старым, добрым знакомым. И говорить дальше не стала, а с улыбкой глядя на дурацкую неловкость попутчицы, спросила: "А ты в церковь, видно, не ходишь? Крещеная хоть? Ну, слава Богу!" Это после Нелиного утвердительного кивка.

* * *

Крестилась Неля уже взрослой, в девятнадцать лет. В год отмечалось 1000-летие крещения Руси, на эту тему много говорили и писали в газетах. Первой про ее крещение заговорила мама, в смысле жизненной поддержки и все такое, а Неля еще долго сомневалась и раздумывала. Вообще у нее было смутное подозрение, что кто-то мог тайно окрестить ее в раннем детстве и сильно тогда напугать, хоть она ничего об этом не помнит.

То ли своенравная, с вечными подвохами бабушка с отцовой стороны, то ли кратковременная старуха-нянька, которой Нелю подкинули после ясельной пневмонии. Иначе трудно объяснить неизменный трепетный страх перед церковью, который она до сих пор не сумела преодолеть.

И вообще, современный человек, не приученный к церкви с малолетства, чувствует себя там дурак дураком. Не знает, где встать, как передать и куда поставить свечку.

Сначала перекреститься, а затем приложиться к иконе или наоборот? Да и чмокать стекло вслед за многими людьми – сплошная антисанитария, несмотря на святость места. Короче, решила пока не торопиться.

Наконец, год спустя решилась, но и там не обошлось без казуса. Крестилась в Елоховском соборе – полным погружением с головой в большую купель, углубленную в центре крестильни. Их было семь или восемь человек, стоящих полукругом – от сорокалетнего на вид мужчины до совсем крошечной девочки, "рабы Божьей Марии", хнычущей на руках у крестной.

Когда обряд уже начался, и добродушный пожилой священник читал молитву, за спиной у Нели что-то тихонько звякнуло о каменный пол. Не оборачиваясь, она почему-то сразу поняла, что это упал с крючка на стене ее крестик, накинутый поверх крестильной – собственноручно сшитой! – рубашки. Осторожно покосилась влево – и точно, именно ее крестик лежал на полу.